Ему не пришлось говорить дважды. Бабушка выхватила из сумки пакетик, сунула в рот несколько жвачек и принялась жевать их изо всех сил. Она жевала и ни на что не отвлекалась, а самолёт нарезал круг за кругом, приближаясь к земле. Они опускались всё ниже, и самолёт закладывал всё более крутые виражи. И вот они почти у самой земли, но опускаются ещё ниже, толчок и отскок, снова толчок и отскок, а потом толчок, и самолёт со свистом несётся вперёд по земле.
– Бабушка, мы сели. Можешь больше не жевать.
– Угу, – прошамкала бабушка, но жевать не перестала, видно, уже привыкла.
– Да, но мы летели не сюда, – потом сказала она стюардессе. – Нужный нам город стоит среди высоких гор, а здесь равнина.
– Вам придётся выйти здесь и пересесть на другой самолёт, – ответила стюардесса.
– Первый раз летаю, а столько приключений, – сказала бабушка. – И кто после этого скажет, что жить скучно?
Самолёт подрулил к большому зданию. И в нём тоже оказался внутри ресторан и зал ожидания.
– Сейчас мы пообедаем, – сказала бабушка, – чтобы у нас были силы для следующего полёта.
Они заказали сосиски, потому что и бабушка, и Уле-Александр их обожают. Сосиски оказались на редкость вкусные, так что оставим наших путешественников жевать их в своё удовольствие, а сами отдохнём до следующей главы.
Вообще-то я уже налеталась, мне довольно, – сказала бабушка после обеда. – Но на полпути не остановишься, так что летим дальше.
Но вдруг их пригласили сесть в автобус.
– Что такое? – удивилась бабушка. – Так мы всё-таки не полетим?
Автобус быстро ехал по полю. Аэродром был огромный, но автобус неуклонно приближался к морю.
– Куда нас везут? – совсем всполошилась бабушка. – Мы сейчас в море въедем!
Но автобус остановился у причала. И Уле-Александр увидел маленький гидроплан, серый и ржавый. Он качался на волнах и клевал носом. Чтобы войти в него, надо было пригнуться, но и внутри стоять в полный рост было невозможно. Они шустро нашли себе место и сели.
– Как-то здесь тесно, – сказала бабушка.
– Угу, – ответил Уле-Александр. Он был занят – смотрел по сторонам. Вон опять тот господин с газетой. Сел сразу за ними, как и в большом самолёте, и снова уткнулся в газету. Вы не поверите, но газету он опять держал вверх ногами! Наверно, это газета необычных новостей, подумал Уле-Александр. Присмотрелся к ней повнимательнее и очень удивился. В двух местах прямо посреди газеты зияли дырки. А когда Уле-Александр взглянул в них, ему показалось, что с той стороны на него глядят два глаза. Ничего себе! Уле-Александр ткнул бабушку в бок и шёпотом доложил ей обстановку. Пока бабушка поворачивала голову, глаза исчезли.
– Уле-Александр, не отвлекайся на пустяки. Смотри, сколько кругом интересного, сейчас что-нибудь пропустишь.
И правда. Дверь задраили, стюардессы тут не было, но рулевой сказал в громкоговоритель: «Застегните ремни!» И гидроплан рванул вперёд, разрезая воду и вздымая стены волн и брызг слева и справа.
– Гоняет, как водный скутер, – сказал Уле-Александр.
Тем временем бабушка успела оценить обстановку.
– В небо взлетать не будем, – сказала она, – но какая я молодец, что припрятала несколько жвачек. На, Уле-Александр, возьми. Пригодится на случай, если эта телега решит попрыгать по волнам.
– Он разгоняется, – заметил Уле-Александр. – Бабушка, смотри – кругом вода! Ого, мы всё-таки взлетаем!
– Жую, жую, – ответила бабушка.
В первом самолёте, в большом, они сидели выше крыльев, а здесь как будто бы ниже. Под ними синело море, такое прозрачное и чистое, что во многих местах видно было дно глубоко-глубоко внизу.
Они летели над холмами, скалами и утёсами. Там стояли дома, ходили люди и ездили машины, сверху они казались шустрыми муравьями.
– Им там внизу кажется странным, что мы летим тут, наверху. Да, бабушка? – спросил Уле-Александр.
– Да, – ответил господин с газетой.
Бабушка обернулась к нему.
– Я в состоянии ответить сама, – сказала она строго. – А мужчин, которые прячутся за газетой, чтобы на меня смотреть, я не люблю. Так что извольте помолчать! – И бабушка гордо посмотрела на Уле-Александра.
Газета затряслась в руках этого господина, как будто бы он хохотал над бабушкой, но она не обратила на это ни малейшего внимания.
– Я уже радуюсь, что скоро мы будем в гостинице, – сказала она. – Наверняка там хорошо и уютно.
– Даже странно, что мы снова будем ходить там по земле, – сказал Уле-Александр бабушке. – А ещё странно, что мы с тобой просто сидим и разговариваем, а сами летим по воздуху.
– Очень странно, – поддакнул голос из-за газеты.
– Давай не обращать на него внимания, как будто мы не слышим, – сказала бабушка. Она зевнула. – Что-то я утомилась, прикорну на секундочку.
Уле-Александра тоже клонило в сон, но он решил не спать. Прижался носом к стеклу и смотрел на землю. Странно думать, что во всех этих домиках живут люди. Для них это самый обычный день, обычные дела. Но ещё более чуднó лететь над горами.
Они тут всегда, а Уле-Александр узнал о них только сегодня.
