Последний удар воздушно-десантной группы к северу от Декьенга, поддержанный артиллерийской батареей мобильной группы, не принес никаких результатов, за исключением нескольких лагерей уже трех-пятидневной давности — а к северу от Декьенга начиналась зона, отмеченная на картах желтым цветом «рельеф и заложение ската не определены или неизвестные». 14 марта операция была свернута, так как десантники были выведены для высадки в Дьенбьенфу, и на мобильную группу была возложена задача охраны ежемесячного конвоя, пробиравшегося по шоссе №19 к укрепленному лагерю Анкхе, в 100 километрах к востоку от Плейку. И снова противник бежал, и снова смертельно уставшей мобильной группе пришлось преодолеть 130 километров за два дня, чтобы встретить новый удар своего старого врага, 803-го полка, о котором теперь поступали сообщения из окрестностей До Дак-Бот, на перекрестке шоссе №7 и №14.
К этому времени два полка Вьетминь в районе центрального плато отработали свою тактику в мельчайших деталях: не обремененные тяжелой техникой, не обремененные такими вопросами, как поддерживать сообщение по нескольким сотням километров дорог, они всегда могли двигаться быстрее, чем любые моторизированные войска, противостоящие им, которые по необходимости были вынуждены действовать с периферийных дорог. С ловкостью бывалых командных игроков 108-й полк оттянул мобильную группу далеко в бездорожье севера; в то время как основная часть 803-го полка, 39-й и 59-й батальоны, быстро продвигались на юг, вдоль Дак Я-Аюн (р. Аюн), достигнув перекрестка дорог примерно за два дня до начала выдвижения мобильной группы. К тому времени, когда группа встала лагерем вокруг Плей-Рин, Вьетминь снова расставил свою ловушку. Она сработала 22 марта в 02.45
Лагерь мобильной группы в Плей-Рин был сосредоточен вокруг небольшого армейского аванпоста, соломенные хижины и колючая проволока которого были скорее предназначены как укрытие от тропических дождей для взвода местных ополченцев, чем для обороны объекта. На манер каравана фургонов переселенцев Дикого Запада, мобильная группа образовала полукруг, фланги которого опирались на Дак Я-Аюнь. Ее командный пункт, артиллерия и танки находились в центре, а три пехотных батальона — по периметру. Довольно плоская равнина, со встречающимися местами зарослями кустарника, предлагала удобные сектора обстрела. Аванпосты перед основной линией обороны не сообщали ничего подозрительного до 02.45, когда в секторе 2-го Корейского батальона были замечены некоторые передвижения в окрестностях Дак Я-Аюнь.
В 02.45 весь район расположения мобильной группы был накрыт чрезвычайно сильным минометным огнем, сопровождавшимся последовавшим почти сразу точным и сосредоточенным огнем винтовок и нескольких станковых и ручных пулеметов. Командный пункт 2-го Корейского батальона был почти сразу же накрыт несколькими минометными минами и около 03.30 в секторе 2-го Корейского батальона снова раздались страшные крики «Тьен-лен!», когда одетые в черное пехотинцы-вьеты ворвались на позиции 5-й роты 2-го Корейского батальона, ранив и захватив в плен капитана Шарпантье.
В то же время продолжала развиваться диверсионная атака на аванпост Плей-Рин. Аванпост, обстрелянный из безоткатных орудий коммунистов вспыхнул, освещая поле боя, и через несколько минут к нему присоединились два грузовика 2-го Корейского батальона, пораженные минометными минами. Этот пожар принес пользу обороняющимся, так как облегчил вмешательство танков 5-го бронетанкового, которые загрохотали в секторе 2-го Корейского батальона, спасая от уничтожения 5-ю роту; оставшиеся в живых бойцы роты контратаковали и смогли отбить капитана Шарпантье.
Несколько решительных бойцов Вьетминя добрались до командного поста мобильной группы, но были застрелены в последнюю минуту людьми из штаба. В 04.30 803-й полк решил, что с него хватит. Так же быстро, как и появились, вьеты растворились в ближайших джунглях. Истребители-бомбардировщики и самолеты-разведчики, вызванные на рассвете, конечно, ничего не нашли. Проведенная позже наземная разведка 1-го Корейского батальона обнаружила пустой командный пункт и лагерь 803-го полка. Большое количество окровавленных повязок указывало на то, что сражение, должно быть, дорого обошлось и вьетам. На поле боя было найдено тридцать девять убитых, а двое раненых были взяты в плен.
Но со стороны французов потери были тяжелыми — 36 убитых, включая одного капитана; 177 раненых, включая майора Клейнмана, командира 2-го Корейского батальона, и 13 других офицеров; 8 пропавших без вести. Кроме того, мобильная группа израсходовала большую часть своих боеприпасов и все свои медикаменты. Она все еще могла сражаться, но была сильно потрепана.
В приказе на день полковник Барру выразил благодарность своим войскам за их мужество и за то, что они навлекли на «непобедимый и вечно ускользающий 803-й полк позор, заставив его бросить часть своих убитых и раненых на поле боя».
«Позвольте выразить вам,» продолжал он, «мою гордость, мою любящую уверенность и мою веру в будущее и нашу победу».
