Прибытие 3-й роты 1-го Корейского батальона вместе с грузовиком боеприпасов для танков теперь придало ощетинившемуся ежом периметру сил для еще одного сверхусилия. В 17.15, когда вьеты были подавлены Б-26, французы контратаковали в последний раз. При поддержке танка «Д’Арк II» и самоходной гаубицы «Дюрок» лейтенант де ла Бросс и некоторые подразделения 1-й роты начали пробивать путь колонне, сталкивая поврежденные машины с дороги и заводя остальные, еще находившиеся под огнем противника. К 19.00 все раненые и убитые из трех рот и подбитых танков были погружены на грузовики. Потрепанная оперативная группа начала отступать к ПК-22, когда арьергард, на этот раз рота де ла Бросса и бронетехника, был вновь атакован.
Бой в джунглях в лучшем случае не из приятных. В темноте тропической ночи это ад. Около 15 вьетов бросились на «Дюрок», водитель которой заметил их в последний момент и ускорил ход, раздавив трех из них в лепешку гусеницами гаубицы. Но это не заставило вьетов поколебаться: сержант Пиккарда, командир машины, получил пулю в лицо, а водитель, капрал Бонна, смертельное ранение в грудь. Потеряв управление, машина рухнула в кювет, а коммунисты все еще цеплялись за нее. Пиккарда вытащили из машины, а помощника водителя, Дань Куонга, связали и собирались утащить, когда из-за поворота показался «Д’Арк II» сержанта де Теммермана, сверкая фарами и стреляя из пулеметов.
Хладнокровно, как на учениях, молодой де Теммерман вылез из танка с двумя своими людьми, забрался в «Дюрок», снял с нее рацию, затвор орудия и документы машины, затем оказал первую помощь Пиккарда и умирающему Бонне, и разместил их с двумя членами экипажа на корме своего танка.
Но это был не последний бой за день. Собственный танк капитана Дусе, сопровождавший основную часть пехоты обратно в лагерь у ПК-22, попал в еще одну засаду в 20.00. Схема была точно такая же: прямое нападение на танки. Еще одна легко бронированная самоходная гаубица, метко названная «Дон Кихот», была подбита, а двое членов ее экипажа ранены. В течение нескольких минут вьеты карабкались на танки, причем каждый танк подсвечивал другую машину и «очищал» ее, поливая пулеметным огнем. Окружающие пехотинцы не могли эффективно вмешаться из-за боязни попасть в экипажи танков или быть раненным самим. Словно огромные слоны, атакованные тиграми, танки наконец-то стряхнули с себя нападавших. В 23.00 последний бронетанковый взвод с грохотом ворвался в оборонительный периметр, волоча за собой, как раненых животных, два полугусеничных БТР, расстрелянных во время дневных боев. Экипажи провели от девяти до двенадцати часов в стальных корпусах с температурой внутри 43 градуса по Цельсию.
Усиленная разведка на следующее утро, проведенная 2-м Корейским батальоном и ротой 43-го колониального на месте засады дала еще семь тел французов, по-видимому, пропущенных накануне вечером, а также тела 23 коммунистов — и снова рыцарский жест со стороны противника; один раненый француз лежал посреди дороги, перевязанный и накормленный.
И снова счет был убийственным: у мобильной группы было потеряно 90 человек, включая одного убитого лейтенанта, против 81 подтвержденного убитых у противника. Из 175 в 1-й роте 1-го Корейского батальона осталось 67, во 2-й 83, в 4-й 94 человека. Мобильная группа №100 провела генеральную репетицию своего конца за десять недель до того, как это должно было произойти и всего в миле от места, где это должно было произойти. Сцена с обеих сторон была подготовлена для последней главы.
Жестокая трепка, которую получила мобильная группа, не изменила ее задачи. Она должна была сменить мобильную группу №11 в Анкхе, считавшейся слишком деморализованной для круговой обороны и удержать Анкхе с меньшей численностью войск против превосходящих сил противника, когда-либо собиравшихся в этом районе. Тем временем, в штабе Горной зоны, заявили, что настроены оптимистично. Фактически, мобильная группа №100 была предметом особого приказа на день от 9 апреля 1954 года, прослеживающего всю историю отчаянной битвы группы на плато:
«Стремительным броском вдоль Сонг Ба (р. Ба, прим. перев.), вы атаковали западный фланг противника и взяли Кунгшон. И, одним переходом, вы вернулись в Контум и били противника в районе, который он стремился захватить…
...Вы сражались с этим противником, остановив его во время достойной восхищения обороны Дак-Доа (и) спустя несколько дней, вы поразили его у чайной плантации и — в бешеном натиске танков и рукопашной схватке стрелков, поддержанных огнем артиллерии — вы нанесли ему кровавое поражение…
...Вы не давали передышки этому фанатичному противнику. Теперь между ним и вами началась гонка между шоссе №19 и долиной Плей-Бон. Вы опередили его (и) скорость вашей реакции и ярость вашего сопротивления одерживают верх против жестокости вражеской атаки…
...Вы снова бьете врага в его гонке к Анкхе. Его отрядам поручено уничтожить вас. Именно его отряды были разбиты в ходе ожесточенного сражения, произошедшего вечером 4-го апреля в 14 километрах к западу от Анкхе.
