… Каков же результат в итоге? Оставление врагом всякой надежды захватить Анкхе и уничтожить наши подкрепления...»
Воззвание, прочитанное на утреннем докладе различным подразделениям группы, было воспринято с едва заметной улыбкой.
- Ну что же, они должны были что-то сказать, - заметил один лейтенант и подполковник Лажуани, командир Корейского полка, добавил:
- Это верно, но штаб мог бы придумать что-то более близкое к реальности, чем это. И сейчас нам нужны не цитаты, а подкрепления.
Но подкреплений нигде не было. Дьенбьенфу пожирал внутренности французской армии в Индокитае как раковая опухоль, и у Тонкина был повышенный приоритет. Затем следовали Лаос и Южный Вьетнам (по политическим причинам, так как там находилась столица страны) и, наконец, район плато и спокойная Камбоджа.
С декабря численность группы сократилась на 25 процентов, а последние события лишили ее наиболее важных боевых специалистов. Еще до засады 4-го апреля в группе не хватало двенадцати командиров стрелковых взводов, пяти командиров взводов тяжелого вооружения, двенадцати санитаров и примерно двадцати связистов. «Débrouillez-vous» (из-за бардака) — был неизменный ответ из штаба, наряду с заверениями, что замена прибудет «скоро». Но перед лицом решительной атаки трех усиленных полков, «скоро» было недостаточно рано.
Для мобильной группы начался краткий период передышки. Сменив мобильную группу №11 в Анкхе, они приступили к обычному строительству полевых укреплений вокруг лагеря, улучшив свою взлетную полосу, чтобы принимать С-47 (к этому времени Анкхе был полностью окружен и получал все свои грузы снабжения и подкрепления по импровизированному воздушному мосту), и готовились к последней битве — своему «личному Дьенбьенфу», как мрачно шутили некоторые из бойцов.
Как и во всех окруженных крепостях, которые не подвергались немедленной атаке, боевой дух, до сих пор высокий, начал падать. Четвертая рота 1-го Корейского батальона сообщала о дезертирстве, а также о самострелах: 15 апреля рядовой Хием Рам дезертировал со своим оружием в 03.10; на следующий день рядовой Фам Ван Муой ранил себя в ногу выстрелом из пистолета-пулемета, а два дня спустя, еще один вьетнамский солдат 4-й роты, рядовой Тран Ван Лой, также прострелил себе ногу.
В день падения Дьенбьенфу, 8 мая 1954 года, осажденные в Анкхе могли слышать насмешливый голос из громкоговорителя коммунистов, зловещим эхом разносящийся по равнине: «Солдаты мобильной группы №100! Ваши друзья в Дьенбьенфу не смогли устоять перед победоносным натиском Вьетнамской Народной армии! Вы намного слабее, чем Дьенбьенфу! Вы умрете, французы, и ваши вьетнамские собачонки тоже!»
Жестоко, но эффективно, по крайней мере для вьетнамцев и это должно было стать ключевой проблемой.
Мобильная группа для обороны Анкхе унаследовала вьетнамское подразделение, 520-й Тиеу-Доан-Кинь-Кван (TDKQ или батальон коммандос), одно из недавно созданных подразделений, предназначенных для поиска и уничтожения Вьетминя с помощью своих собственных методов. Но, как вскоре начали говорить шутники, TDKQ «не были ни коммандос, ни батальонами». Созданные в 1953 году, TDKQ к весне 1954 года стали, по большому счету, совершенно ненадежными как автономные боевые части. Это имело трагические последствия для окончательной судьбы мобильной группы №100.
Май 1954 года был добр к Анкхе. Столкнувшись со своими собственными трудностями на южном побережье Аннама, где операция «Атланта» после месяцев проволочек, наконец, начала неспешно разворачиваться, войска Вьетминя отложили свою прямую атаку на Плейку и Анкхе.
Но к третьей неделе июня коммунисты были готовы к последнему рывку вглубь плато, зная, что у французов нет резервов. Французское верховное командование осознало намерения коммунистов, и теперь мобильной группе 100 отдали приказ эвакуироваться из Анкхе и отступить к Плейку через 80 километров удерживаемого противником шоссе. Постоянный воздушный мост из С-47 и неуклюжих «Бристолей» - двухмоторных самолетов британского производства, с передними грузовыми створчатыми люками — вывезли из Анкхе наиболее ценное снаряжение и одиннадцать сотен гражданских. Все снаряжение и боеприпасы, которые нельзя было взять с собой в поход, складировались возле аэродрома для уничтожения французскими бомбардировщиками после вывода последних войск. 23 июня, однако, начали поступать разведывательные донесения, о том, что крупные отряды Вьетминя, вероятно, весь 803-й полк, направлялись к шоссе №19 в надежде перехватить эвакуирующиеся войска. График отхода был смещен на один день вперед, на рассвет 24 июня, и полковник Барру решил преодолеть расстояние от Анкхе до ПК22 за один день, вместо того, чтобы перегруппировывать конвой возле ПК-11.
