| Milo cursed himself hourly for his monumental greed and stupidity in purchasing the entire Egyptian cotton crop, but a contract was a contract and had to be honored, and one night, after a sumptuous evening meal, all Milo's fighters and bombers took off, joined in formation directly overhead and began dropping bombs on the group. | Милоу часами проклинал себя за чудовищную жадность и глупость, проявленные им при закупке всего урожая египетского хлопка. Но контракт есть контракт, его нужно уважать. И вот однажды вечером после великолепного ужина пилоты Милоу подняли в воздух свои бомбардировщики и истребители, прямо над головой построились в боевой порядок и начали сбрасывать бомбы на расположение своего полка. |
| He had landed another contract with the Germans, this time to bomb his own outfit. | Дело в том, что Милоу заключил другой контракт с немцами: на сей раз он подрядился разбомбить свою часть. |
| Milo's planes separated in a well co-ordinated attack and bombed the fuel stocks and the ordnance dump, the repair hangars and the B-25 bombers resting on the lollipop-shaped hardstands at the field. | Один за другим заходя на цель, самолеты Милоу наносили удары по бензоскладам, зенитной батарее, ремонтным мастерским и бомбардировщикам Б-25, стоявшим на бетонированной площадке. |
| His crews spared the landing strip and the mess halls so that they could land safely when their work was done and enjoy a hot snack before retiring. | Пилоты оставили нетронутыми только взлетно-посадочную полосу да столовую, чтобы, закончив дело, благополучно приземлиться и перед отходом ко сну хорошенько закусить. |
| They bombed with their landing lights on, since no one was shooting back. | Они бомбили с включенными посадочными фарами, ибо самолеты никто не обстреливал. |
| They bombed all four squadrons, the officers' club and the Group Headquarters building. | Они бомбили все четыре эскадрильи, офицерский клуб и задание штаба полка. |
| Men bolted from their tents in sheer terror and did not know in which direction to turn. | Люди в ужасе выскакивали из палаток, не зная, куда бежать. |
| Wounded soon lay screaming everywhere. | Повсюду стонали раненые. |
| A cluster of fragmentation bombs exploded in the yard of the officers' club and punched jagged holes in the side of the wooden building and in the bellies and backs of a row of lieutenants and captains standing at the bar. | Несколько осколочных бомб взорвалось во дворе офицерского клуба, продырявив деревянную стенку, а заодно животы и спины лейтенантов и капитанов, рядком стоявших у бара. |
| They doubled over in agony and dropped. | Скорчившись, в агонии, они повалились замертво. |
| The rest of the officers fled toward the two exits in panic and jammed up the doorways like a dense, howling dam of human flesh as they shrank from going farther. | Остальные офицеры в панике кинулись к дверям, сбившись в плотный воющий ком человеческих тел: никто не желал выходить на улицу. |
| Colonel Cathcart clawed and elbowed his way through the unruly, bewildered mass until he stood outside by himself. | Полковник Кэткарт локтями и кулаками прокладывал себе дорогу сквозь непослушную ошалевшую толпу, пока наконец не оказался на улице. |
| He stared up at the sky in stark astonishment and horror. | Он смотрел в небо с изумлением и ужасом. |
