Все взгляды были устремлены на Энди, которая рассказывала истории, приключившиеся с ней на работе. Даже Грэйси не спешила нести вечерний кофе, чтобы послушать. Глаза генерала были чуть прикрыты, но Энди знала, что он слушает: на губах его играла улыбка. Лайон сидел, откинувшись назад в кресле, и вертел в пальцах бокал с вином.
— Вы можете себе представить, как я была польщена и взволнована тем, что он согласился дать мне интервью. Это была поразительная удача. Единственным условием, которое поставили его менеджер и тренер, было время — мы должны были уложиться в десять минут. Вообразите, сколько других репортеров умоляли его сказать хотя бы пару слов. Съемочная группа готовилась к работе. Вокруг нас бегали люди со шнурами и оборудованием. И тут случилось нечто ужасное. Один не в меру усердный ассистент слишком поторопился, устанавливая треногу со светом, и задел ногой шнур. Дальше все было как в замедленной съемке: ты видишь, что происходит, но не можешь ничего сделать, чтобы предотвратить катастрофу. Лампа упала прямо на макушку новоиспеченному чемпиону.
Грэйси прижала ладошку ко рту, Лайон громко засмеялся, улыбка генерала стала шире.
— Я рада, что вам это кажется забавным, — проворчала она с притворным возмущением. — А я уже видела, как моя карьера летит в тартарары.
— Что случилось дальше? — спросил Лайон.
— Так как он известен не самым покладистым нравом, то я затаила дыхание. Но он, как истинный победитель, выдержал интервью с достоинством. Несколько минут он был ошарашен, но потом спокойно вытер кровь…
— Кровь! — ахнула Грэйси.
— Я сказала — кровь? — невинно уточнила Энди.
Все дружно рассмеялись.
— На самом деле это происшествие не причинило ему никакого серьезного вреда, но когда софит начал падать, я живо увидела завтрашние заголовки: «ЧЕМПИОН УИМБЛДОНА УМЕР ОТ РУК АМЕРИКАНСКОЙ ЖУРНАЛИСТКИ».
— У кого еще вы брали интервью? — спросила Грэйси и села за обеденный стол, окончательно отбрасывая всякую субординацию и даже не пытаясь изображать прислугу.
— Дайте подумать, — с удовольствием протянула Энди. — Некоторые были действительно великими, некоторые близки к Олимпу, были простые ребята, которые по какой-то причине попали в новости.
— Назови великих, — попросила экономка.
Энди обеспокоенно глянула в сторону Майкла Рэтлифа, но он казался расслабленным и не слишком уставшим. Они довольно долго проговорили перед ужином. Генерал назвал ей некоторые важные даты и снабдил фактами, которые помогут ей в ходе интервью.
— Боб Хоуп[3], Нил Армстронг, Реджи Джексон[4], Джон Денвер[5], английский принц Эндрю, Михаил Барышников[6].
— Ох, — выдохнула Грэйси с восхищением.
— Одни мужчины? — сварливо уточнил Лайон.
— Нет, — улыбнулась Энди. — Еще были Лорэн Бэккол[7], судья Сандра Дэй О’Коннор[8], Кэрол Бернетт[9], Фэрра Фосетт[10] и Дайана Росс[11]. Это далеко не все, — добавила она, хвастливо, загибая пальцы.
— А у кого еще ты бы хотела взять интервью? — спросил Лайон.
— У генерала Майкла Рэтлифа, — улыбаясь, сказала она, и генерал приподнял руку, как понтифик, благословляющий народ, — иии… — Энди подняла глаза вверх, — Роберт Рэдфорд[12].
— Вот это дело, — присвистнула Грэйси.
— Рад оказаться в такой царской компании, — захохотал генерал.
Лайон тоже смеялся, и Энди наслаждалась звуком его живого, раскатистого смеха.
— Папа, — сказал он, когда они наконец успокоились, — мне кажется, тебе лучше пойти в постель.
— Ты прав. Хотя, должен сказать, я едва замечаю усталость, я давно так весело и с толком не проводил вечер.
Энди подошла к нему и поцеловала в щеку, как уже сделала прошлым вечером:
— Спокойной ночи. Хорошенько отдохните.
— Спокойной ночи. — Генерал выехал из столовой.
— Доктор приходил утром? — задал Лайон вопрос Грэйси.
— Да, как раз когда вас застал в дороге дождь.
— И?
Она успокоительно положила руку ему на плечо:
— Все в руках Господа, Лайон.
Он бросил на нее печальный взгляд и нежно похлопал по руке. Через пару мгновений он тряхнул головой, будто отгоняя дурные мысли, и встал.
— Энди, мне не хочется оставлять тебя одну, но сегодня вечером у меня назначена встреча с Ассоциацией скотоводов. Справишься без меня?
Она почувствовала убийственное разочарование, но смело улыбнулась:
— Разумеется. Мне нужно готовиться в любом случае.
— Тогда доброй ночи.
— Доброй ночи.
После хлопка входной двери она еще долго сидела в одиночестве, прежде чем набраться сил и выйти из столовой.
