Ультиматум Борна полностью

– Учитывая то, что с вами случилось – а я не имею в виду исключительно последние события, в которых сам принял участие, – я про те шрамы на вашем теле, которые вы, судя по всему, получили ранее; так вот, это просто невероятно, что вы все еще способны заботиться о ком-то, кроме себя. Вы странный, мистер Вебб. Иногда вы ведете себя как два совершенно разных человека.

– Я не странный, доктор, – ответил Джейсон Борн, на мгновение крепко зажмурив глаза. – И не хочу казаться странным, необычным или диковинным. Я хочу быть таким же обычным и нормальным, как вот этот приятель, и я не шучу. Я всего лишь преподаватель, и им хочу остаться. Но с учетом сложившейся ситуации я вынужден делать то, что делаю.

– То есть я должен убраться ради моего собственного блага.

– Да.

– И если я когда-нибудь узнаю всю правду, то выяснится, что ваши указания были весьма полезны с образовательной точки зрения.

– Надеюсь.

– Чувствую, вы неплохой преподаватель, мистер Вебб.

– Доктор Вебб, – неожиданно поправил Джон Сен-Жак, как будто это уточнение было обязательным. – Мой зять тоже доктор. Как и у моей сестры, у него докторская степень; он владеет парой восточных языков и настоящий профессор медицины. Такие заведения, как Гарвард, МакГилл и Йельский университет, годами охотятся за ним, но он не поддается…

– Замолчи, прошу тебя, – произнес Борн, готовый добродушно рассмеяться над Джоном. – Мой предприимчивый молодой друг восхищается любыми приставками к имени, забывая, что, если бы я жил на свои собственные доходы, то смог бы позволить себе отдых в такой вилле не более чем на пару дней.

– Не набивай себе цену.

– Я сказал, свои собственные доходы.

– А вот тут ты прав.

– У меня богатая жена… Простите нас, доктор, это старый семейный спор.

– Вы не только хороший преподаватель, – повторил доктор, – но под угрюмой внешностью, подозреваю, скрывается еще и довольно обаятельный человек.

Канадец подошел к двери, повернулся и добавил:

– Я еще напомню вам про обещанную выпивку, теперь я действительно хочу с вами выпить.

– Благодарю, – отозвался Джейсон. – Благодарю за все.

Доктор кивнул и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Борн обернулся к своему шурину.

– Он хороший человек, Джонни.

– Честно говоря, обычно он очень сдержан, но врач просто замечательный. Ни разу до сегодняшнего дня не видел, чтобы он вел себя так непосредственно… Значит, ты думаешь, что Шакал встретил королевского губернатора где-то недалеко от берегов Антигуа, получил от него всю информацию, убил, а тело отправил на корм акулам.

– Попутно пустив яхту ко дну, – закончил мысль Джейсон. – Возможно, он выжал газ и направил ее на подводные скалы. Трагедия в море – и нить, ведущая к Карлосу, исчезает; он именно этого добивался.

– Меня здесь кое-что смущает, – сказал Сен-Жак. – Я сам там не был, но участок моря к северу от Фольмаута, где все произошло, зовется Пастью Дьявола, и такое место не рекламируется. Прогулочные яхты туда не заходят, и все стараются молчать о том, сколько людей и судов там погибло.

– И что?

– А то. Допустим, Шакал передал К.Г., где должна произойти их встреча, очевидно, где-то неподалеку от Пасти Дьявола, но как сам Шакал узнал про это место?

– А два твоих коммандос тебе не рассказывали?

– О чем? Я послал их к Генри, чтобы все доложить ему, пока мы тут с тобой возились. На совещания и всякие выяснения не было времени, и, кроме того, я подумал, что дорога каждая минута.

– Тогда к этому моменту Генри должен быть в курсе, и, думаю, он в шоке. Он за два дня потерял два катера, причем компенсацию сможет получить только за один, и он еще ничего не знает про своего босса, этого достойного уважения королевского губернатора, прислужника Шакала, выставившего Министерство иностранных дел дураками, ведь они приняли второсортного парижского киллера за почтенного героя Франции. Этой ночью телефонные провода между Домом правительства и Уайт-холлом раскалятся.

– Еще один катер отдела по наркотикам? Что ты пытаешься мне сказать? И что такое Генри знает теперь – о чем ему могли рассказать мои охранники?

– Минуту назад ты спросил, как Шакал смог узнать о рифах Пасти Дьявола неподалеку от Антигуа.

– Поверьте мне, доктор Вебб, я помню, что спрашивал. Так как же он это узнал?

– Потому что у него здесь был третий человек, вот что твои королевские коммандос уже должны были сообщить Генри. Блондинистый сукин сын, который возглавлял отдел по борьбе с наркотиками на Монтсеррате.

– Он? Рикман? Этот ходячий британский Ку-клукс-клан? Самодур-Рикман, несчастье для любого, кто побоится огрызнуться в ответ на его выходки? Святые силы, Генри в это не поверит!

– А почему бы и нет? Ты как раз выдал подходящее описание для наемника Карлоса.

– Может быть, но это слишком невероятно. Ведь он же просто слуга господа. Каждое утро перед работой – молитвы, призывы к господу помочь в борьбе с Сатаной, никакого спиртного, никаких женщин…

– Как Савонарола?

– Да, пожалуй, такое определение подойдет – исходя из того, что я помню по курсу истории.