Вечера мая — такие хитрые звери: всё мнится, что сумеречные лиловые тучки — это кружевные шторки, на время притушившие торжественное сверканье дня; и вот-вот пелена рассеется, и снова солнце будет лить лучи на ликующие свежей зеленью лужайки. Светло допоздна, с каждым вечером светлее, и ожидание лета с каждым вечером всё сильнее проникает в кровь, ожидание чудесных чудес, тёплых дождей, тёплых рук любимого, жарких полдней и жарких поцелуев. Лето – свобода и беззаботность для школьника, прекрасное будущее для выпускника; непознанное, но невероятно желанное счастье для жениха и невесты… Но постепенно цвета неба меняют гамму: становится темно и сине, и так волнующе юно, что вот теперь не хочется, чтобы приходил рассвет, и луна, даже полупрозрачная и невнятная, кажется милее солнца. Ах, май-май! Гермиона стоически успокаивала себя, пока последний луч не блеснул на чешуйчатом красном конусе башни, силуэт которой восемь лет закрывал вид на Запретный лес из девичей спальни Гриффиндора.
— Значит, без семи минут девять, — прошептала она и решительно отвернулась от окна, потёрла виски пальцами. — Пора, иначе он уйдёт до утра!
И, надев мантию, но не успев поправить причёску, несгибаемый префект Гермиона Грейнджер почти бегом отправилась к единственному человеку в школе, который мог унять её всё нарастающую тревогу.
Снейп, стоя на первой ступеньке лестницы и нервно постукивая растрепанным пожелтевшим свитком по лапе горгульи, не скрывал раздражения на хмуром лице. Отчитывал студента-шестикурсника с Хаффлпаффа. Его резкий голос рикошетом отскакивал от стен холла:
— Я организую вам прекрасный «отдых» с волчьим билетом, мистер Корелиус, если вы позволяете себе любовные интрижки в учебном заведении вместо подготовки к экзаменам. Минус десять баллов и запрет на посещение Хогсмита.
Гермиона притормозила, благоразумно отступив в тень за ближайшую колонну. Лицо провинившегося темноволосого донжуана ярко цвело красными пятнами. Но директор, видимо, тоже спешил, поэтому не прошло и пары минут, как расправа закончилась, «казнённый» удалился. Снейп поднял подбородок и провёл ладонью по шее.
— Профессор, — Гермиона старалась, чтобы её голос прозвучал сдержано. — Прошу вас уделить мне немного времени для приватной беседы. — Она взялась рукой за каменные перила, как будто хотела задержать поднимающегося по лестнице Снейпа.
— Мисс Грейнджер, по любовным делам я сегодня более не принимаю.
— У меня совсем не… Драко Малфой, сэр… я не вовремя, вы заняты?
— Какая негриффиндорская воспитанность! Хм, так он не вернулся? — Снейп остановился. — Идите за мной, этот разговор придётся продолжить в кабинете. И да, вы как всегда некстати, мисс Грейнджер.
Та даже чуть не вжала голову в плечи…
Они вошли в молчании, но Снейп был явно раздражен или сердился. Удивительно, ибо в последнее время директор вообще стал похож на каменное изваяние сборному образу руководителя Школы Чародейства и Волшебства. На что, вернее, из-за чего он сейчас сердился, Гермиона прекрасно понимала. Заботы, и нешуточные, – само собой, реформы и прочее, но… Значит, Гарри теперь не только влюблён, но и живет вместе с…
— Я дал Драко разрешение отлучиться в Уилтшир до ужина. – Голос профессора прервал стройную когорту её мыслей, почти приведших к пониманию, открытию чего-то нового в этом, казалось, чужом и неприятном человеке… учителе. – Ему пришло письмо, что-то дома.
— Мистер Снейп! Я чувствую, что… Случилось плохое. И если он отбыл утром, Мерлин… я даже не знала, что его так долго нет! Наши консультации не совпадают по пятницам. – Вот теперь Гермиона растерялась не на шутку, и даже испугалась всерьёз. Весь день гнала от себя нехорошие предчувствия, списывая их на весеннее переутомление и на волнение по поводу начала своей преподавательской карьеры, а теперь поняла, что её интуиция не зря взбунтовалась. – О господи. — Она зажала рот руками. — Люциус!
— Да что вы голосите, Грейнджер? — Снейп с досадой повернулся к ней всем корпусом. — Как вы мне надоели! Идите к себе. Я не стану вмешиваться в семейные дела Малфоев.
— А если бы что-то произошло с человеком, которого вы любите? С Гарри, например. Неужели вы бы… — Гермиона чуть опомнилась, — сэр, не искали бы помощи? Я хорошо представляю реакцию отца Драко. Слишком хорошо! Это конец! - И замолчала.
— Я отправляюсь в мэнор. И не смейте… — Директор махнул рукой. — Ступайте. Утром всё прояснится.
— Спасибо.
Снейп не ответил. Он подождал, пока дверь за Гермионой со скрипом закрылась, и, черкнув несколько строк, призвал сову:
— Гарри Поттер, Бат, коттедж «Тейл пазс»(2).
— Хозяин Люциус, Охранные чары прозвонили в вашем кабинете, мой господин. Это мистер Северус Снейп, сэр. — Рядом с креслом возник домовик, пытающийся, не подымая глаз, сжаться в неопрятный комок; явно ожидая удара, он бухнулся на колени. Люциус Малфой неторопливо поднялся:
— Прими гостя, я буду через несколько минут. — И специально неторопливо поправил галстук и допил стоящий на столе бокал…
