– Да. Мы передали их образцы ДНК в лабораторию Хантингдона, за ними должок. Результаты должны прислать сегодня.
– А если совпадений не обнаружится?
– Расширим зону поисков.
У Воспер затренькал мобильник. Она поднесла телефон к уху и, бросив: «Я занята», снова переключилась на суперинтенданта.
– Рой, ты понимаешь, какая на тебе ответственность?
– Полагаю, больше обычного? – пожал он плечами.
Она смерила его долгим, сердитым взглядом:
– Хорошо, что мы оба отдаем себе в этом отчет.
Грейс нахмурился, гадая, что последует дальше. Направление беседы не нравилось ему категорически.
Воспер повертела на пальце обручальное кольцо и вроде бы сменила гнев на милость.
– Тебе очень повезло работать в пределах одного графства, Рой, и при этом двигаться по карьерной лестнице. Большинство офицеров ради такого мотаются по всей стране. Взять, к примеру, меня. Я родилась в Бирмингеме, однако проработала там всего три года, а потом понеслось – Нортумберленд, Ипсуич, Бристоль, Саутгемптон. Во времена твоего отца все было иначе. По-моему, он вообще не выезжал за пределы Брайтона.
– Если не считать Уэртинг.
Воспер криво усмехнулась. Уэртинг располагался буквально в нескольких милях от побережья.
– Насколько мне известно, твой отец слыл всеми любимым и очень уважаемым человеком. – Воспер снова посуровела. – Однако многие считают, что яблочко упало от яблони далеко.
Последняя фраза повисла в воздухе, причиняя Грейсу мучительную боль. Ему словно вонзили копье в сердце, и вся его энергия вытекала через рану. Он в растерянности уставился на Воспер, чувствуя себя как никогда уязвимым.
– Да… да, я знаю, что не все одобряют мои методы, – пробормотал он, слишком поздно осознав, насколько жалко это звучит.
Покачав головой, Воспер сняла с пальца золотой ободок и повертела в руках, давая понять, что ничто в этом мире не вечно и она может выгнать его пинком под зад с той же легкостью, с какой – выбросить обручальное кольцо в мусорную корзину.
– Дело не в том, одобряют или нет. Начальство переживает из-за ущерба, который ты нанес суссекской полиции. Пару недель назад ты чуть не сорвал судебный процесс, когда отнес улику медиуму, выставив себя и нас на посмешище, не говоря уже про шумиху в прессе. Своими спиритическими штучками ты уронил свой авторитет в глазах коллег. А недавно в санкционированной тобой погоне погибли двое подозреваемых.
Воспер явно решила повесить на него всех собак. Грейс пытался возразить, однако она предупредительно выставила ладонь.
– Ты уже двое суток расследуешь убийство, но у тебя нет ни имени жертвы, ни возможного подозреваемого. Ничего, кроме биографии идиотского жука, найденного на месте преступления.
Грейс медленно начал закипать:
– Простите, но вы ко мне несправедливы, и сами это прекрасно понимаете.
– Речь не о справедливости, Рой, а о том, что полицию должны воспринимать как компетентный орган, способный защитить своих граждан.
– Те двое погибших в аварии были закоренелыми, чрезвычайно опасными преступниками. Они прорвались сквозь выставленные кордоны, угнали два автомобиля, сбили офицера на мотоцикле. По-вашему, нужно было просто дать им уйти? – Грейс негодующе тряхнул головой.
– Рой, я считаю, тебе стоит перебраться куда-нибудь, где твое имя не на слуху. Как вариант, на север. Уровень преступности там высокий, тебе будет где развернуться. Скажем, в Ньюкасл. Мой коллега оттуда интересовался, нет ли у меня на примете опытного сотрудника для весьма щекотливого расследования. На пару-тройку месяцев, может, на год. Я думаю предложить твою кандидатуру.
– Вы шутите? Здесь мой дом, никуда переводиться я не собираюсь. Если до такого дойдет, не факт, что я вообще останусь в органах.
– Тогда соберись и сделай так, чтобы до этого не дошло. Поскольку твое расследование никак не сдвинется с мертвой точки, я вызвала тебе на подмогу еще одного детектива, в прошлом инспектора из Службы столичной полиции, но недавно его повысили до суперинтенданта.
– Я его знаю?
– Его зовут Кассиан Пью.
Грейс напряг память – и мысленно застонал. Детектив-инспектор Кассиан Пью, ныне детектив-суперинтендант Кассиан Пью. Высокомерный тип. Пару лет назад он сталкивался с ним в рамках конференции лейбористской партии, куда столичная полиция направила своих людей в помощь коллегам из Брайтона.
– Он едет сюда?
– Приступает к работе с понедельника. Ему выделили кабинет в нашем ведомстве. Есть возражения?
У Грейса чуть не вырвалось «да», голова шла кругом. Все ясно, Воспер выписала себе любимчика. Даже кабинет организовала. А что, очень удобно – днями напролет они будут вести милые беседы о том, как и куда спровадить осточертевшего Роя Грейса.
– Нет, никаких возражений, – произнес он вслух.
– Тебе нечем крыть, Рой. Согласен?
Горло перехватило, поэтому Грейс только кивнул в ответ. Внезапно у него зазвонил сотовый. Воспер жестом разрешила ответить.
Звонили из следственного отдела.
– Рой Грейс слушает.
В трубке раздался взволнованный голос Ника Николла. Пришел ответ из лаборатории – они обнаружили совпадение.
