– Господи, чувак, как ты можешь такое слушать? Это же отстой, по-другому не скажешь.
Они ехали по длинному двухполосному шоссе на запад, в сторону Саутгемптона. По левую сторону посреди поля раскинулся аэропорт Шорхем, возведенный на месте авиационной базы времен Второй мировой войны; сейчас отсюда летали частные и коммерческие рейсы на Нормандские острова.
Шорхем был самым западным пригородом Брайтона, и всякий раз, проезжая мимо, Грейс испытывал облегчение пополам с грустью. Было грустно, оттого что в Брайтоне он чувствовал себя как рыба в воде, а в других городах – как та же рыба, только выброшенная на берег. Облегчение наступало, потому что весь административный округ Брайтон-энд-Хов находился в его юрисдикции, а за его пределами можно было и расслабиться.
За годы службы Грейс привык машинально оценивать каждого пешехода, каждого водителя. Он знал всех местных правонарушителей, всех без исключения торговцев наркотиками, кое-кого из грабителей и взломщиков; знал, где их можно взять тепленькими. А Воспер грозит ему переводом! Столько наработок и опыта коту под хвост.
На сей раз Грейс сам сел за руль, решив, что его и без того расшатанные нервы не выдержат очередной водительский мастер-класс от Брэнсона. Однако коллега зашел с другой стороны и сейчас терзал его нервную систему возней с CD-магнитолой.
– «Битлз»? Ты прикалываешься? – Брэнсон явно не собирался останавливаться на достигнутом. – Какой дурак в наше время слушает в машине «Битлов»?
– Я! – огрызнулся Грейс. – Мне, кстати, нравится. Кто виноват, что ты не отличаешь бумс-бумс от хорошей музыки?
Он остановил «альфу-ромео» на светофоре, на пересечении с Лансинг-Колледж-роуд. Грейс решил ехать на своей машине – старушка давно простаивала без дела, и аккумулятору требовалась подзарядка. А главное, возьми он служебный автомобиль, Брэнсон наверняка попросился бы за руль и жутко обиделся бы, получив отказ.
– Ха, кто бы говорил, – фыркнул Брэнсон. – Ты вообще не шаришь в музыке.
Он вдруг сменил тему и ткнул пальцем в паб через дорогу:
– «Берлога в Суссексе». У них отличная рыба, мы с Ари в восторге. Да, пальчики оближешь, – объявил Брэнсон и снова принялся перебирать диски. – Дайдо!
– Чем Дайдо тебе не угодила?
– Как по мне, очень на любителя, – пожал плечами Гленн. – Не знал, что тебе настолько тоскливо.
– Считай, я тот самый любитель.
– Господи, а это что? Подсунули на сдачу?
– Боб Берг. – Грейс потихоньку начал закипать. – К твоему сведению, очень крутой джаз-исполнитель.
– Ага, только он не черный.
– Хочешь сказать, джаз только для черных?
– Я такого не говорил.
– Нет, говорил! К твоему сведению, он уже умер – погиб в автокатастрофе пару лет назад, и мне очень нравится его творчество. Потрясающий тенор-саксофонист. Ну что, будешь и дальше цепляться к моим музыкальным предпочтениям или обсудим твою интуицию?
Насупившись, Брэнсон включил радио и выбрал рэп-станцию.
– Завтра веду тебя за шмотками, а заодно пробежимся по музыкальным магазинам. Иначе повезешь ты свою пассию в ресторан, а она увидит твою подборку и полезет в бардачок искать пенсионное удостоверение.
Но Грейс уже не слушал, всецело сосредоточившись на предстоящей задаче и прочих свалившихся на него делах.
День не задался с самого утра. Сначала встреча с Элисон Воспер, вогнавшая его в депрессию, а буквально через час ему предстоит еще одно очень тягостное мероприятие. Грейс не кривил душой, говоря, что всем сердцем любит свою работу – за исключением единственного момента, когда приходится сообщать людям о смерти близких. В последнее время такая повинность выпадала ему нечасто – для этого существовали специально обученные сотрудники по взаимодействию с семьями. Однако бывали ситуации, например нынешняя, когда Грейс сам разговаривал с родственниками, чтобы оценить их реакцию, выудить как можно больше информации в первые, ключевые, минуты потрясения. Да и Брэнсону не помешает практика в таких делах.
Убитые горем родные вели себя практически одинаково – трагедия делала их уязвимыми и весьма разговорчивыми, но лишь на пару часов. Потом они впадали в истерику, и члены семьи смыкались вокруг них плотным кольцом. Если хочешь получить ценную информацию, нужно успеть уложиться в этот короткий двухчасовой отрезок. Да, жестоко, зато эффективно, в противном случае придется ждать недели, а то и месяцы. Для газетчиков это тоже не было тайной.
Грейс сразу узнал офицеров из отдела по взаимодействию с семьями – Мэгги Кэмпбелл и Ванесса Ритчи сидели в сером неприметном «вольво», припаркованном у газона перед входом в дом, и неодобрительно косились на него сквозь ветровое стекло.
– Блин, чувак! Откуда у людей такие деньги? – Вытаращив глаза, Гленн разглядывал металлические ворота между двух колонн, увенчанных каменными шарами.
– Просто они не работают в полиции, – пошутил Грейс.
