– Помнишь, на планерке мне позвонил какой-то тип, который якобы был свидетелем убийства Джейни Стреттон? Этот параноик еще потребовал, чтобы я набрал его из телефонной будки?
– Угу.
– В общем, он говорит, что видел убийство у себя на компе после того, как вставил в него найденный в поезде компакт-диск.
– А нам позволит взглянуть?
– Как раз работаю над этим.
Сержант Джон Рай свято верил, что рыться в чужом компьютере – все равно что заглядывать человеку в душу. Такой вывод основывался на личном опыте: сержант со счета сбился, сколько компов прошло через его руки за последние семь лет – несколько сотен, не меньше. А сегодня принесли очередной, годовалый макбук с пятнадцатидюймовым экраном.
До сих пор ни одна машина не смогла утаить свои секреты от Рая с коллегами. Злоумышленники всех мастей – взломщики, мошенники, угонщики, педофилы – были убеждены: достаточно удалить компромат, и ты в безопасности. Они не догадывались, что отформатировать жесткий диск в принципе нереально. Современные программы позволяли восстановить любые максимально скрытые данные и отыскать в лабиринтах самой хитроумной компьютерной системы нужный цифровой след.
Сейчас Рай сидел за столом в возглавляемом им киберотделе и готовился заглянуть в душу некоему Тому Брайсу. Перед сержантом маячила неизбежная перспектива посвятить этому занятию все выходные, поскольку Брайс – потенциальный свидетель, не подозреваемый – настаивал, чтобы «мак» ему вернули к понедельнику.
Джон Рай гордился (и гордился не без оснований) своей способностью за час узнать из компьютера о человеке больше, чем о нем знала жена, – и это вовсе не фигура речи, поскольку все машины, попадавшие в юрисдикцию Джона, принадлежали исключительно мужчинам.
Отдел по расследованию киберпреступлений занимал просторное помещение на первом этаже Суссекс-хауса, где располагалось полицейское управление Брайтон-энд-Хова. На первый взгляд вотчина Джона Рая ничем не отличалась от других отделов – тот же внушительных размеров зал, вплотную заставленный столами: на одних громоздились башни серверов, на других – отдельные детали компьютеров. На захламленной полке среди накренившихся папок лежал мешочек сахара производства лондонской фабрики «Тейт энд Лайл». Под часами с изображением Барта Симпсона сидел Джо Муди – одетый в футболку и джинсы здоровяк со стянутыми в хвост волосами. Склонившись над клавиатурой, Муди сосредоточенно заносил в базу физиономии более тупых, чем обычно, малолетних вандалов, запечатлевших себя на фоне подожженной, а предварительно угнанной ими тачки.
Единственная огороженная часть зала отводилась под операцию «Глазго»: тамошние сотрудники битых два года отслеживали распространителей детской порнографии и сейчас готовились накрыть одну из крупнейших сетей в Европе. Перегородки предупреждали вероятность вещдоков из «Глазго» просочиться в другие отделы. Сегодня в закутке трудились четверо, и Рай не испытывал к ним зависти. Последние два года они день за днем рассматривали тошнотворные снимки половых актов с участием детей. Чаще всего Раю по долгу службы приходилось разоблачать педофилов, и всякий раз подобные фотографии приводили его в ярость. Господи, ну откуда на земле столько извращенцев?!
Глухие жалюзи на окне скрывали вид на тюремный корпус – удручающее зрелище, особенно в моросящий дождь. Зато в помещении царила относительная прохлада, хотя обычно здесь было жарко и душно, а проклятые окна не открывались.
Джон Рай, крепкий, жилистый мужчина с озорной мальчишеской физиономией и редеющим в его тридцать восемь ежиком светлых волос, был одет в белую рубашку с коротким рукавом, темно-синие брюки и черные туфли – иначе говоря, в свой стандартный рабочий прикид, хотя на календаре была суббота. Впрочем, в последнее время отдых по субботам стал скорее исключением, чем правилом.
Джон всегда интересовался техникой и гаджетами, поэтому еще десять лет назад понял, какие возможности откроются перед злоумышленниками с развитием компьютерных технологий и какой беспомощной окажется полиция перед киберпреступностью, а значит, специалисты по компьютерам будут на вес золота. А после ухода в отставку с таким опытом и послужным списком найти высокооплачиваемую работу на гражданке не составит труда.
Рай уже не пытался убедить свою жену Надин, что этот сумасшедший дом не продлится вечно, а может, Надин просто перестала слушать его оправдания. Впрочем, не он один трудился сегодня сверхурочно. Джон покосился на коллег, гадая, у кого еще семейная жизнь дала трещину из-за работы.
Проблема заключалась в том, что они безбожно отставали от графика. Отдел был завален работой на девять месяцев вперед. Множество конфискованных компьютеров не могли дождаться своей очереди на экспертизу, а упиралось все в недостаток финансирования. По всей видимости, начальство предпочитало вкладываться во внешнюю составляющую: на улицу выводились дополнительные патрули, те ловили грабителей, взломщиков, барыг и рисовали красивую статистику. Киберотдел же, при всей насущности, очков суссекской полиции не добавлял.
