| The lights running down the center of the bus are on, casting a weak luncheonette-at-midnight glow over the terrified, sweat-drenched faces of the passengers, but the world outside has turned dead black. | В салоне горят потолочные лампы, освещая слабым, как в ночной закусочной, светом перепуганные, мокрые от пота лица пассажиров, но снаружи мир черен. |
| Whirlpools of ash eddy in the radically foreshortened beams of the headlights. | Смерчи пепла радикально укорачивают лучи фар. |
| Henry steers by memory, wondering when the tires will explode beneath him. | Генри ведет автобус по памяти, гадая, когда же под ними лопнут шины. |
| He's still laughing, although he can't hear himself over the scalded-cat screech of 19's engine. | Он все еще смеется, хотя и не слышит себя в вое и скрежете двигателя автобуса номер 19. |
| He's keeping to the road; there's that much. | Он едет по дороге, и это главное. |
| How long until they break through the other side of the firewall? | Как скоро им удастся вырваться из огненного вала? |
| Is it possible they can break through? | Сумеют ли они вообще вырваться? |
| He's beginning to think it might be. | И Генри начинает думать, что сумеют. |
| Good God, how thick can it be? | Святой Господь, какова все-таки толщина этой огненной стены? |
| "You're doing it!" Pamela shouts. | - У тебя получается! - кричит Памела. |
| "You're doing it!" | - У тебя получается! |
| Maybe, Henry thinks. | Возможно , думает Генри. |
| Maybe I am. | Возможно, получается. |
| But Christ, the heat! | Но, Господи, как же жарко! |
| He is reaching for the air-conditioning knob, meaning to turn it all the way to MAX COOL, and that's when the windows implode and the bus fills with fire. | Он тянется к диску кондиционера с тем, чтобы повернуть его на "Максимальный холод", и именно в этот момент окна взрываются, и салон заполняется огнем. |
| Henry thinks, No! | Нет! |
| No! | Нет! |
| Not when we're so close! | Мы же почти прорвались! |
| But when the charred bus charges clear of the smoke, he sees nothing beyond but a black wasteland. | Когда обгоревший автобус вырывается из дыма, Генри видит, что за валом огня черная пустыня. |
| The trees have been burned away to glowing stubs and the road itself is a bubbling ditch. | Деревья сожжены до крошечных пеньков, а сама дорога - пузырящаяся канава. |
| Then an overcoat of fire drops over him from behind and Henry Morrison knows no more. | Потом одеяло огня накрывает его сзади, и для Генри Моррисона все заканчивается. |
| 19 skids from the remains of the road and overturns with flames spewing from every broken window. | Автобус номер 19 соскальзывает с остатков дороги и переворачивается. |
| The quickly blackening message on the back reads: SLOW DOWN, FRIEND! WE LOVE OUR CHILDREN! | Языки пламени вырываются из всех разбитых стекол. На заднем борту быстро чернеет надпись: "ПРИТОРМОЗИ, ДРУЖИЩЕ! МЫ ЛЮБИМ НАШИХ ДЕТЕЙ!" |
| Ollie Dinsmore sprints to the barn. | Олли Динсмор бежит к амбару. |
