| "They found out. | - Они выяснили. |
| You don't tease a big dog if you only have a little stick. | Нельзя дразнить большую собаку, если у тебя маленькая палка. |
| Nosir. | Нет, сэр. |
| Nosirree." | Ни-ког-да. |
| He felt around for the starter-button, found it, pushed it. | Он ощупал генератор в поисках кнопки-стартера, нашел, нажал. |
| Nothing happened. | Ничего не изменилось. |
| Suddenly the air in the room seemed thicker than ever. | И внезапно воздух в комнате загустел. |
| I pushed the wrong button, that's all. | Я нажал не на ту кнопку, ничего больше. |
| Knowing better but believing it because some things have to be believed. | Он знал, что это не так, но верил в обратное, потому что очень хотелось верить. |
| He blew on his fingers like a crap-shooter hoping to heat up a cold pair of dice. | Подул на пальцы, как делают некоторые игроки в надежде разогреть холодную пару костей. |
| Then he felt around until his fingers found the button. | Потом вновь принялся ощупывать генератор, снова нашел кнопку-стартер. |
| "God," he said, "this is Your servant, James Rennie. | - Господи, это Твой слуга, Джеймс Ренни. |
| Please let this darned old thing start. | Пожалуйста, позволь этой трехнутой рухляди завестись. |
| I ask it in the name of Your Son, Jesus Christ." | Я прошу во имя Твоего Сына, Иисуса Христа. |
| He pushed the starter-button. | Он нажал на кнопку-старгер. |
| Nothing. | Ничего. |
| He sat in the dark with his feet dangling in the storage compartment, trying to push back the panic that wanted to descend and eat him raw. | Ренни сидел в темноте, опустив ноги в хранилище баллонов, стараясь подавить панику, которая готовилась наброситься на него и сожрать живьем. |
| He had to think. | Следовало хорошенько подумать. |
| It was the only way to survive. | Другого способа выжить не было. |
| But it was hard. When you were in the dark, when your heart was threatening full revolt at any second, thinking was hard. | Но так трудно собраться с мыслями, когда вокруг темень, а сердце готово отказать в любую минуту. |
| And the worst of it? | А что самое худшее? |
| Everything he'd done and everything he'd worked for during the last thirty years of his life seemed unreal. | Все, что он сделал, все, ради чего работал тридцать лет, казалось теперь чем-то совершенно нереальным. |
| Like the way people looked on the other side of the Dome. | Как и люди по другую сторону Купола. |
| They walked, they talked, they drove cars, they even flew in airplanes and helicopters. | Они ходили, разговаривали, ездили на автомобилях, даже летали на самолетах и вертолетах. |
