Скарлетт видела, что город пришел в волнение, но осознала в полной мере общественное негодование только тогда, когда миссис Мерривезер, подзуживаемая своим церковным кружком, взяла на себя смелость поговорить со Скарлетт ради ее же пользы:
– В связи с тем, что твоя матушка умерла, а мисс Питти, не будучи матроной, некомпетентна… э… в подобных вопросах, я считаю своим долгом предупредить тебя, Скарлетт. Капитан Батлер не годится в мужья девушке из благовоспитанной семьи. Он…
– Он спас, к вашему сведению, голову дедушки Мерривезера и вашего племянника также.
Миссис Мерривезер передернулась. Не далее как час назад у нее состоялся очень неприятный разговор с дедушкой. Старик заметил, что она не слишком дорого ценит его шкуру, если не разделяет с ним чувство благодарности к Ретту Батлеру, пусть даже он иуда и мошенник.
– Нет, Скарлетт, он проделал свой грязный трюк только ради того, чтобы выставить нас всех на посмешище перед янки, – продолжала миссис Мерривезер. – Мы с вами знаем, что этот человек – жулик и негодяй. Он всегда таким был, а теперь стал просто непереносим. Он не из тех людей, которых принимают в приличных домах.
– Не из тех? Странно, миссис Мерривезер. Во время войны он довольно часто появлялся в вашей гостиной. Это ведь он подарил вашей дочери белый атлас на подвенечное платье, разве не так? Или моя память хромает?
– Война – это другое дело. Во время войны многим приличным людям приходилось общаться с теми, кто не вполне… Все делалось ради нашего Правого Дела. Как ты можешь думать о браке с человеком, который не служил в армии и издевался над теми, кто воевал?!
– Он тоже был в армии. Он прослужил восемь месяцев. Он участвовал в последней кампании, был в бою под Франклином и находился при генерале Джонстоне в момент капитуляции.
– Я об этом не слышала, – недоверчиво протянула миссис Мерривезер. – Он не был ранен! – с торжеством прибавила она.
– Многие уцелели.
– Все, кого я знаю, были ранены. Я не знаю ни одного, кто не получил бы ранения.
– В таком случае, – зло парировала Скарлетт, – вы знаете одних только дураков, которым неведомо, что от града пуль надо прятаться, как от проливного дождя. Я вам вот что скажу, миссис Мерривезер, и вы можете передать это вашим сплетницам. Я выйду замуж за капитана Батлера, и мне все равно, где он сражался, хоть на стороне янки.
Когда эта почтенная дама, кипя от негодования, покинула ее дом, Скарлетт поняла, что вместо настроенного критически друга приобрела в ее лице открытого врага. Впрочем, это ее нисколько не расстроило. Что бы ни говорила и ни делала миссис Мерривезер, не могло огорчить ее. Вообще-то ей было на всех наплевать, за исключением Мамми.
Скарлетт стойко перенесла обморок Питти и сумела удержать себя в руках, когда заметила, как внезапно постарел Эшли: он пожелал ей счастья, отведя глаза в сторону. Ее позабавили письма тетушки Полин и тети Юлайли, отправленные из Чарлстона: получив ужасное известие, они запретили ей выходить замуж, потому что она не только уронит свое положение в обществе, но и поставит под угрозу их репутацию. Она даже засмеялась, когда Мелани, как верная подруга, нахмурившись, сказала:
– Конечно, капитан Батлер намного симпатичнее, чем это многим кажется. Он так умно и бескорыстно спас Эшли, он сражался за Конфедерацию, но… Скарлетт, ты не считаешь, что твое решение чересчур поспешно?
Ей и правда было все равно, что о ней говорят. Только слова нянюшки заставили ее не на шутку рассердиться и обидеться.
– Вы много чего натворили, и мисс Эллен очень бы огорчилась, если б узнала. Да и я, честно сказать, сильно огорчена. Батюшки, такого даже я не ожидала. Выскочить за этого поганца! Да, мэм! Не надо говорить мне, что он высокого роду-племени. Поганец – он и есть поганец, знатный он или не знатный. Да, мэм, мисс Скарлетт, уж я-то понимала, что вы отбили мистера Чарлза у мисс Душечки, хоть и не любили его ничуточки. И понимала, что вы лишили жениха родную сестру. Но я не проронила ни словечка! А ведь знала, что вы творите бог весть что: продавали худой лес за хороший, да еще обманывали джентльменов, торговцев лесом. И видала, как вы разъезжали перед вольными черномазыми, а чем это обернулось для мистера Фрэнка? И как вы морите голодом бедных арестантов, уж и не знаю, в чем душа у них держится. Но я все молчала, хотя мисс Эллен на небесах небось причитает: «Мамми, Мамми! Ты плохо смотришь за моим ребеночком!» Да, мэм, я все видела, но больше не буду терпеть. Не пойдете вы за этого поганца. Не пойдете, покуда я дышать не перестала.
– Я выйду за кого захочу, – холодно заметила Скарлетт. – Мне кажется, что ты, Мамми, забыла свое место.
– Да и время, пожалуй! А кто, кроме меня, подскажет вам, что надо делать?
– Я все обдумала, Мамми, и решила, что самое лучшее для тебя – отправиться назад в «Тару». Деньги на дорогу я дам…
Нянька горделиво выпрямилась и заявила:
