| Yes, they were like candles, candles shielded from every wind, two soft lights glowing with happiness at being home again among her friends. | Да, они действительно как свечи, свечи, горящие на любом ветру, - два мягких огня, сиявших счастьем оттого, что она снова жила в родном городе, среди друзей. |
| The little house was always full of company. | В маленьком доме всегда толпились люди. |
| Melanie had been a favorite even as a child and the town flocked to welcome her home again. | Мелани с детских лет была всеобщей любимицей, и весь город спешил сейчас приветствовать ее возвращение. |
| Everyone brought presents for the house, bric-a-brac, pictures, a silver spoon or two, linen pillow cases, napkins, rag rugs, small articles which they had saved from Sherman and treasured but which they now swore were of no earthly use to them. | Каждый что-то тащил ей в дом - безделушку, картину, серебряную ложку или две льняные наволочки, салфетки, лоскутные коврики, разную мелочь, утаенную от солдат Шермана и потому бесценную, хотя владельцы и клялись, что это им вовсе ни к чему. |
| Old men who had campaigned in Mexico with her father came to see her, bringing visitors to meet "old Colonel Hamilton's sweet daughter." | Старики, воевавшие в Мексике вместе с отцом Мелани, приходили и приводили с собой приятелей, чтобы познакомить "с милой дочкой старого полковника Гамильтона". |
| Her mother's old friends clustered about her, for Melanie had a respectful deference to her elders that was very soothing to dowagers in these wild days when young people seemed to have forgotten all their manners. | Старинные друзья матери стекались к Мелани, ибо она всегда уважительно относилась к старшим, что было особенно приятно пожилым матронам в эти сумасшедшие дни, когда молодежь, казалось, совсем утратила представление о хороших манерах. |
| Her contemporaries, the young wives, mothers and widows, loved her because she had suffered what they had suffered, had not become embittered and always lent them a sympathetic ear. | А сверстницы Мелани - молодые жены, матери, вдовы - любили ее потому, что она выстрадала не меньше, чем они, и не озлобилась, а наоборот: всегда готова была сочувственно им внимать. |
| The young people came, as young people always come, simply because they had a good time at her home and met there the friends they wanted to meet. | Молодые же люди стекались к Мелани потому, что они всегда стекаются туда, где им хорошо и где можно встретить друзей, которых хочется увидеть. |
| Around Melanie's tactful and self-effacing person, there rapidly grew up a clique of young and old who represented what was left of the best of Atlanta's ante-bellum society, all poor in purse, all proud in family, die-hards of the stoutest variety. | И вот вокруг деликатной, незаметной Мелани быстро образовалась группа молодых и пожилых людей - то, что осталось от сливок довоенного общества Атланты; у всех был тощий кошелек, фамильная гордость и умение выстоять в самых тяжелых условиях. |
| It was as if Atlanta society, scattered and wrecked by war, depleted by death, bewildered by change, had found in her an unyielding nucleus about which it could re-form. | Казалось, эти люди - из лучших семей Атланты, разрозненных, поверженных во прах войной, обескровленных смертями, - ошеломленные переменами, нашли в Мелани то крепкое ядро, вокруг которого они могли вновь объединиться. |
| Melanie was young but she had in her all the qualities this embattled remnant prized, poverty and pride in poverty, uncomplaining courage, gaiety, hospitality, kindness and, above all, loyalty to all the old traditions. | Мелани, несмотря на молодость, обладала всеми качествами, которые так высоко ценили эти потрепанные жизнью осколки прошлого: она умела в бедности сохранять гордость, отличалась безропотным мужеством, веселостью, гостеприимством, добротой и, главное, верностью старым традициям. |
