Житным двором называли в старину склад провианта, находившийся неподалеку. Как говорит предание, при Иване Грозном в Благовещенской башне была тюрьма. Молитва одного воеводы, мужа «вельми благочестивого», невинно туда заточенного и приговоренного к казни, была услышана. Ему явилась Пресвятая Богородица и велела просить царя об освобождении, обещая свое заступничество. Когда посланные от царя пришли за воеводой, на стене башни, обращенной вовнутрь Кремля, к царскому дворцу, они увидели «самописанный» образ Благовещения. Пораженный царь помиловал узника.
Церковь Благовещения на Житном дворе. Вид с запада. Рисунок 1880-х годов.
Как бы то ни было, фреска Благовещения XVII века действительно была на стене башни, с того же столетия называвшейся в честь образа. При образе была выстроена деревянная часовня, действительно чудом сохранявшаяся во всех кремлевских пожарах. Эта часовня, пристроенная к башне, изображена на нескольких старинных рисунках.
Церковь Благовещения на Житном дворе. Рисунок второй половины XIX века.
В 1730 году императрица Анна Иоанновна, заинтересовавшись рассказом об обретении святыни на башне, велела выстроить при ней каменный храм. Это было сделано в 1730–1731 годах по проекту архитектора Иоганна-Готфрида Шеделя, которого в России, правда, называли Иваном Ивановичем. Строительство храма финансировала гофинтендантская контора. Стена Благовещенской башни с иконой оказалась внутренней стеной церкви; обе постройки составляли, таким образом, единое целое. В 1733 году выяснилось, что постройка была плохо рассчитана и возведена на слабом фундаменте, вследствие чего стены церкви, пристроенные к кремлевской стене, начали отходить от нее. Храм после экспертизы архитекторов А. Евлашева и И. Мичурина пришлось перестраивать.
Образ Благовещения сохранялся здесь до советского времени. Он пользовался большим почитанием верующих, которые шли сюда помолиться о заступничестве Богородицы. Они приносили к нему «привески» — крестики, перстни, серьги, монеты, которые, как пишет в своем исследовании искусствовед И. Л. Бусева-Давыдова, записывал в специальную книгу дежурный капрал. В 1742 году в храме произошло чудо — сама возгорелась свеча; по такому случаю церковь посетила императрица Елизавета Петровна и пожертвовала денег на ризу для образа. Свечу больше не зажигали — ее хранили, согласно данным И. Л. Бусевой-Давыдовой, «для публичного свидетельства». Церковь имела статус ружной, т. е. не имела прихода и получала денежное содержание из казны. В храме бережно хранилось напрестольное Евангелие с надписью: «В лето 1731 ноября 3 дня сие святое Евангелие серебряное повелением благочестивейшей самодержавнейшей великой государыни императрицы Анны Иоанновны самодержицы всероссийской дано в церковь Благовещения Пресвятыя Богородицы, которая построена в Кремле городе на Житном дворе». Схожая надпись украшала серебряный крест, «построенный» в Благовещенский храм по велению Анны Иоанновны.
Благовещенская церковь не отличалась ни сложностью архитектурных форм, ни пышностью декоративного убранства. Она воспроизводила распространенный тип храма конца XVII столетия: вытянутый вверх четверик с граненой апсидой, четырехскатная кровля, равновысокие алтарь и трапезная, наличники «нарышкинского» стиля. Разве что тонкий барабан и форма главы выдавали в ней произведение барочного XVIII века. Сходство храма с постройками петровского времени, которое до 1696 года было и временем царя Иоанна Алексеевича, отца Анны Иоанновны, возможно, не случайная прихоть заказчицы. Авторитетный современный историк русского искусства Е. И. Кириченко подчеркивает, что «в царствование Анны Иоанновны намечается… возвращение к древнерусской традиции… Возврат к собственному наследию ассоциируется с древнерусским, которое осмысляется как наследие православное, возврат к истокам истинной веры». Далеко не случайно надзор за постройкой Благовещенского храма Анна Иоанновна поручила своему духовнику, архимандриту Троице-Сергиевой лавры Варлааму.
Интерьер церкви Благовещения на Житном дворе. Рисунок XIX века.
Изящная, стройная Благовещенская церковь украшала и пустынный ныне длинный сад у южной стены Кремля — при взгляде в город с кремлевской террасы, и панораму Кремля из-за Москвы-реки. Ее запечатлели соответствующие многочисленные панорамные изображения XVIII–XIX веков. Редкий вид храма с запада, с живописными крыльцом и входным притвором, доносит до нас акварель мастерской Ф. Алексеева (1800-е годы). Судя по этим изображениям, храм в XVIII столетии был окрашен в светло-желтый цвет, а в XIX — в темно-оранжевый.
