Никита, приложив указательный палец к губам, с укором посмотрел на Олега, но было поздно. Конь уловил посторонний звук, насторожился, навострил уши и стал внимательно смотреть в их сторону. Никите показалось, секунда – и конь исчезнет, растворится в тумане так же неожиданно, как и появился. Этого не случилось. Рядом с конем появился Лешко. Лесовик вырос, словно из-под земли, но конь не шелохнулся, видимо, маленькое существо не внушало животному опасений. Не менее десяти минут сближались участники молчаливой дуэли, не менее десяти минут стояли друг перед другом конь и лесовик, прикрытые занавесью легкого тумана, отчего их фигуры казались расплывчатыми. Даже сквозь туманный занавес Никита увидел, как плавно поднялась и опустилась правая рука Лешко. Он встал с влажной травы, тихими неторопливыми шагами, стараясь не делать резких движений, начал приближаться к странной паре, стоящей посреди Турьего луга. Никита был на полпути, когда из тумана стали появляться большие темные тени. Жиховин остановился. «Теперь точно убежит», – подумал он и переместил взгляд с теней на единорога, но конь стоял, словно завороженный взглядом лесовика. Тени медленно приближались, их силуэты становились отчетливее, и вскоре глазам Никиты предстало стадо огромных парнокопытных, покрытых короткой темной шерстью. Головы животных были увенчаны длинными острыми рогами. «Туры!» – мелькнула в голове Никиты догадка. Возглавлявший стадо крупный, с мощной холкой вожак, обнаружив впереди одиноко стоящего человека, остановился, зафыркал, опустив лобастую голову, начал рыть землю передними конечностями. Темные комья вперемешку с изумруд-травой полетели из-под его могучих копыт. Понимая, что за этими действиями вожака последует атака, Никита напрягся и приготовился к прыжку. Нападения не последовало. Сивка-Бурка оторвался от взгляда Лешко, обратил взор на стадо туров, громко заржал. Вожак прекратил подготовку к атаке, замер, с минуту постоял в раздумье, затем поднял вверх голову и зычно протрубил во всю мощь легких. Вскоре силуэты благородных животных скрылись в пелене тумана. Никита неторопливо продолжил свое движение. До коня оставалось не более полуметра, когда Лешко вновь поднял руку. Никита остановился.
– Говори с ним, – тихо произнес лесовик, не отводя затуманенного отрешенного взгляда от коня.
Никита хотел спросить: «Как?» – но в это время его глаза встретились с глазами Сивки. Нет, они не были глазами животного. Голубоватые с красным отливом, они так и светились умом и какой-то глубинной мудростью. Никите казалось, что перед ним не конь, а умудренный опытом прожитых лет старик, ему даже на короткий миг привиделось, что это Родослав. Видение сразу же исчезло, начался мысленный разговор, иначе называемый передачей мыслей на расстоянии, в данном случае оно составляло всего полметра. Человек и конь стояли и молча, не отрываясь смотрели друг на друга.
«Кто ты?» – раздался тихий и спокойный голос в голове Никиты. В этот же миг он почувствовал, что из него начинают выкачивать информацию о нем самом. Никита, преодолев вторжение в свой разум, поставил защиту так, как его учили в специальном подразделении. Сместив взгляд на бело-желтый, словно вырезанный из слоновой кости витой рог животного, он стал думать о посторонних вещах. Сначала направил мысли на воспоминания об отдыхе на маленькой и уютной планете Артопус, потом о межпланетном футбольном турнире, затем переключился на решение математических задач, после чего мысли плавно привели его к переживаниям о Любомиле.
«Она в замке Кощея», – вновь раздался голос в его голове. Никита вздрогнул от неожиданности. Защита оказалась слабой, чужой разум вновь вторгся в сознание человека.
«Не бойся меня, я не сделаю тебе плохого. Моя вина в том, что я быстро пошел на контакт, не просчитав твоих возможностей, но мне надо лучше узнать того, кто будет моим хозяином».
– Никита, возьми вот. Угости друга нашего, не отводи очей от него, – прошептал Лешко и протянул ему маленький хлебец, источающий аромат душистых трав, которые накануне добавил в тесто, а затем самолично выпекал на костре этот шедевр кулинарного искусства. Никита взял гостинец, протянул его коню. Сивка потянулся к угощению. Теплые влажные губы коснулись ладони Никиты. Конь осторожно взял хлебец, начал с удовольствием жевать, периодически поглядывая на Никиту. Жиховин, в свою очередь, медленно протянул руку и ласково погладил единорога по шее. Конь не воспротивился ласке, доел угощение и вновь направил взгляд на Никиту.
Лешко тронул его за штанину.
– Пришел черед испытать тебя, по твою ли честь конь сей. Совладаешь ли? Прыгай ему на шею!
– Кони и собаки мои любимые животные, – сказал Никита и быстро вскочил на коня. Не ожидавший этого, Сивка встал на дыбы, но Жиховин сумел удержаться, его пальцы крепко вцепились в гриву. Лешко проворно отбежал в сторону, чтобы не попасть под копыта.
«Поглядим, какой ты наездник», – в очередной раз в голове Никиты прозвучал мысленный голос коня.
Взбрыкнув пару раз, Сивка помчал по лугу, унося всадника в степь.
