— А… Солус знает о твоей поездке? — она говорила медленно, пытаясь почувствовать и запомнить вкус его имени.
— Конечно.
Ниа немного успокоилась: если Солус его отпустил, значит, опасности быть не должно.
— Не волнуйся за меня, — улыбнулся Эридан.
— Всё равно будь осторожен.
Он продолжал стоять, пристально глядя на неё, словно пытаясь насмотреться на те несколько часов, которые будет находиться в другом городе.
— Ну, мне пора, — сказал он, наконец, и быстро вышел из аудитории, унося с собой её отражение.
***
За завтраком Ливора ещё дулась, но, сев за руль, повеселела. Девушка вела машину с какой-то мстительной радостью: с каждым поворотом она всё дальше и дальше увозила его от Ниа, Солуса и Хидори. Всю дорогу до Сайфа Эридан слушал подробное описание событий, произошедших за время его отсутствия. Откинувшись на сиденье, он с улыбкой смотрел на Ливору, рисующую ему мир, полный глупых людей, вечно попадающих в неловкие ситуации.
— …потом, конечно, пришлось мне ездить в Сирму за продуктами. И хоть бы кто-нибудь спасибо сказал! Можно подумать, мне больше всех надо — общаться с этими крестьянами! Грейс круглый год не разгибается в огороде, а потом удивляется, почему это муж налево смотрит. А куда ему ещё смотреть? Но вообще-то я её понимаю, Калеб — тот ещё фрукт, ни одной юбки не пропустит. А тут ещё эта немая девочка…
— Так это родители Рои?
— Бедная Грейс! Подкинули ребёнка — и так проблема, а немой ребёнок! И девчонка никого не слушается, повадилась бегать в университет.
— А мне она нравится, — сказал Эридан.
— Ну, конечно, твоя Ниа же от неё без ума. Она, кстати, мне сначала помогала ездить за продуктами, а потом связалась с дурной компанией. Я очень удивилась, когда увидела тебя с ними. Думала, ты ненавидишь албалийцев.
— Мэт не албалиец, — медленно произнёс Эридан.
— А кто? — скривила губы Ливора.
— Просто Мэт…
Девушка фыркнула и отвернулась. Эридан посмотрел в окно, вспомнив вчерашний день. Мягкое солнце, запах травы и пальцы Ниа в его волосах.
— О чём ты думаешь? — настороженно спросила Ливора.
— Так… — улыбнулся он. — Что ещё произошло, пока меня не было?
И снова потекли слова. Она говорила, а он вспоминал…
Приехав в Сайф, они зашли в банк, а потом отправились по магазинам. Ливора, как девочка, радовалась каждому платью, которое он покупал ей. Хотелось, чтобы их было много-много: тогда можно каждый день надевать новое и думать о нём.
Потом она долго выбирала одежду для него, чтобы, надевая костюм, он тоже думал о ней.
Заполнив багажник и заднее сиденье фирменными пакетами и коробками, они пообедали в ресторане. Ливора смеялась и беззаботно болтала, помешивая соломинкой лёд в бокале. Она была счастлива, что нашла место, где никто не сможет забрать его.
— Давай оставим машину и погуляем? — предложила Ливора.
— Давай.
Они бродили по набережной, слушая крики чаек и махая проезжающим пароходам. Эридан переводил ей названия — имена хатисских героев или поэтов. Он рассказывал о них длинные прекрасные истории, которые она не слушала. Ей было неважно, когда родился и почему умер какой-то слепой художник, важен был только его голос — как капельница для больного. Каждое слово — капля целебной жидкости. Разве больные знают, что вливается в них по тонкой прозрачной трубочке? И она не знает. Но пока капельки падают, она будет жить.
— Нам пора, — сказал Эридан, когда солнце зажгло деревья на горизонте.
— Может, останемся здесь? — Ливора умоляюще сжала его руку.
— У тебя же завтра занятия.
— Ничего, студенты только обрадуются.
— Все будут волноваться. Пошли.
— Хорошо, — вздохнула она.
Они вернулись на главную улицу.
— Нет, стоянка направо, — остановила его Ливора.
— Мне надо купить подарки.
— Подарки? Кому? — покорность исчезла, взгляд стал острым.
— Всем, — пожал плечами Эридан.
— Для Ниа?
— И для Ниа тоже. Кстати, совсем не знаю, что ей подарить. Хочется что-нибудь необычное…
— А ты купи ей кольцо с бриллиантом — вот она удивится! — зло бросила Ливора.
— Ну, кольца ей будет жених дарить, а о бриллиантах я уже думал, но это потом… Ладно, пойдём сначала в спортивный магазин.
— Зачем?
— За мячиком, — улыбнулся он.
Эридан купил мяч, потом огромного плюшевого мишку (то, что просила Рейчел, он купил, пока Ливора мерила свои платья). Осталась книга для Байри.
— Куда мы теперь идём? — произнесла Ливора голосом капризного ребёнка.
— В книжный магазин. Ниа говорила, здесь есть очень странное место… Вот оно!
Они зашли в магазин, над дверью зазвенел колокольчик.
— Добро пожаловать! — вынырнул из-за прилавка господин Инсоли.
— Здравствуйте! Мой друг любит играть на скрипке, вы не могли бы посоветовать что-нибудь для него?
— Сколько лет вашему другу?
— Десять-одиннадцать.
— Разумеется, на первом этаже вы найдёте много книг, обучающих игре на скрипке, но я думаю, вам лучше подняться на второй этаж.
— Как скажете, — поклонился Эридан.
— Я, пожалуй, подожду тебя здесь, — прошептала ему на ухо Ливора.
— Конечно.
Он легко поднялся по лестнице и вернулся через пятнадцать минут с пыльной стопкой в руках.
