Они немного побродили по аллеям. Чтобы занять чем-то мысли, Ниа стала собирать листья. Через несколько минут у неё в руках был целый букет — столько их нападало за день.
— Пойдём, Хаски, мне холодно! — взмолилась Ниа.
Щенок вроде бы согласился, но выбрал самую длинную дорогу к университету. «Хороший из меня преподаватель, даже собственной собакой не могу управлять!» — вздохнула девушка и вдруг остановилась, увидев профессора Сатабиша.
Времени спрятаться уже не оставалось, а что сказать ему, она не знала. Так и стояла, пока он не подошёл и не заговорил первым.
— Здравствуй, Ниа… — голос был тихим и ровным, на лицо падала широкая тень от деревьев.
— Здравствуйте, профессор, — выдавила она.
— Хороший вечер для прогулки… Увидимся на занятии.
Ниа дёрнулась вперёд, собираясь возразить, но он уже пошёл дальше. Занятие? Наверное, сегодня вторник… Но какое может быть занятие, когда… Как можно читать, переводить, записывать новые слова, когда
Но, выкрикивая внутри себя эти вопросы, девушка уже быстро шла к университету.
Вернувшись в комнату, Ниа быстро перелистала синюю тетрадь. В пятницу было последнее занятие с ребятами, в субботу она провожала их в Матар, в воскресенье поехала в Акамар. Она собиралась подготовиться к занятию в понедельник, но потом было уже не до этого…
Воспоминания о той, счастливой, Ниа ранили сердце — словно взяла в руки букет полевых цветов, а между васильков и ромашек оказалась осока. Перед глазами снова всё поплыло… «Да сколько же можно!» — простонала она, пряча лицо в коленях.
В восемь часов Ниа стояла перед кабинетом профессора Сатабиша. Секундная Стрелка в маленьких часах на левой руке делали круг за кругом, а она всё не решалась постучать.
Хидори открыл дверь. Впервые после смерти Эридана она так близко видела его лицо. Ниа пыталась различить на нём следы пережитой потери, но взгляд мягких немного раскосых глаз был таким же, как и всегда.
— Входи, Ниа, — тихо произнёс он и медленно пошёл к своему столу.
Девушка села за парту и низко склонилась над своей тетрадью.
— Начнём, пожалуй, с проверки домашнего задания, — спокойно сказал Хидори.
Ниа достала текст на нескольких страницах и начала читать. Читала она плохо, путая слова и сбиваясь, а переводила ещё хуже. Даже на свой родной язык и на алгольский.
— Сегодня ты плохо выполнила домашнее задание, — проговорил Хидори, и в его голосе зазвучала печаль.
— Простите, профессор, просто я… я не могу… — прошептала она, опустив глаза.
— Ниа, посмотри на меня, — сказал он.
Она медленно подчинилась.
— Знаешь, почему Эридан оказался там?
Она отрицательно покачала головой.
— Ректор сообщил, что его люди, опрометчиво согласившиеся стать частью Албалии, захотели свободы. Разумеется, путь в Албалийскую Федерацию оказался легче, чем путь из неё. Им разрешили уйти, но землю не отдали. Они попросили соседнее государство предоставить в аренду небольшой участок неиспользуемых территорий, но правительство колебалось. Тогда они попросили Эридана выступить в качестве посредника. Когда-то он оказал большую услугу президенту этого государства, его слово могло оказаться решающим. Обо всём этом ректор сообщил Доминику, а Доминик — мне.
Знал ли я, что Албалия использует эту ситуацию? Нет. Но не мог не думать о такой возможности. Знал ли, что, расскажи я Эридану, он поедет туда? Да, знал… Я сказал ему. Потому что уверен: человек должен отвечать за свои поступки и их последствия… Фактически я отправил его умирать…
— Эридан умер не поэтому… — едва слышно проговорила Ниа.
— Знаю… Может быть, это стало его искуплением… Его людям разрешили поселиться на территории соседнего государства. Он сделал то, что должен был. И я тоже… делаю то, что должен. Язык Аин — это всё, что осталось в моей жизни, это единственное, что никто не сможет похитить, ранить, убить. И мне бы очень хотелось, чтобы ты…
— Я понимаю… Простите меня!
— Пока ещё нет, — грустно улыбнулся Хидори, — но, надеюсь, поймёшь… Думаю, этот текст останется тебе в качестве домашнего задания на следующий раз, а мы пойдём дальше…
Вернувшись в свою комнату, Ниа немного поела, ещё раз погуляла с Хаски и начала читать текст. Потом ещё один и ещё, пока веки не налились свинцовой тяжестью и она не заснула, прижимая к груди синюю тетрадь. А ночью снова и снова хоронила живого Эридана, каждый раз просыпаясь от собственного крика.
Встала она поздно. Погуляла с Хаски, поучила слова, потом наугад достала с полки книгу и начала читать. Зашедшая после занятий Рейчел было обрадовалась, но Ниа снова отказалась идти в столовую и попросила подругу помочь сделать домашнее задание Рои. Ниа не видела девочку со времени похорон.
— Я не могу заниматься с ребёнком в таком виде, — объяснила она Рейчел.
— Рои тебя понимает, она много пережила и…
— Именно поэтому. Не хочу добавлять ей страданий… Мне нужно время, мне просто нужно время…
