«Перестань, перестань, перестань!» — она в отчаянии замотала головой.
— Ниа, — подошла к ней Клави, — нужно выбрать одежду для Эридана. Ты мне поможешь?
— Конечно! — Ниа быстро спрыгнула на пол. Стул больше не казался ей безопасным местом.
— Вот и хорошо, — Клави обняла девушку за плечи и повела к двери.
— Я поехал, — коротко сказал Солус.
— Куда… куда он? — испуганно спросила Ниа.
— В Сирму, нужно всё подготовить, — печально ответила Клави. — А у нас своих забот много, — засуетилась она. — Сейчас я ключ возьму.
Открыв один из щитков, женщина сняла с гвоздика ключ.
— Готово! — подмигнула Клави. — Теперь можно отправляться.
Она говорила и делала больше движений, чем обычно, пытаясь заполнить ими внезапно опустевший и притихший мир.
Наверх пошли пешком: Ниа как-то упоминала, что боится лифтов. Отперев дверь, Клави деловито включила свет в коридоре и в комнате, но, увидев фотографию в серебряной рамке, вздохнула:
— Такая милая девочка… Какое несчастье… А мама у них была настоящая красавица, он мне показывал карточку. Говорил, что я на неё похожа, но это сущая лесть, конечно! Она ведь леди, а я простая деревенская женщина, — Клави взяла фотографию в руки. — И правда, как две капли…
Она быстро посмотрела на Ниа, застывшую на пороге.
— Ну, давай выберем одежду!
Ниа послушно подошла к шкафу и медленно открыла дверцу, провела рукой по тонким белоснежным рубашкам, потом достала одну. Посмотрела и снова повесила.
Клави молча наблюдала за ней.
— Может, эту? — сказала через несколько минут Ниа.
— Хорошо, — согласилась женщина, — теперь костюм.
Ниа посмотрела на висящие в ряд костюмы. Некоторые он надевал часто, а некоторые так и не успел.
— Голубой… ему очень идёт голубой… Вот этот, — она достала бледно-голубой костюм в прозрачном чехле.
— Красивый! — поддержала Клави. — Будь добра, отнеси костюм и рубашку вниз.
— А потом?
— Потом?.. Там в синем ящике у стены свечи, выбери штук тридцать. Надо поставить в часовне.
— Хорошо, — покорно сказала Ниа.
Она спустилась на склад, аккуратно положила одежду Эридана, и подошла к синему ящику. Свечи были длинными и тонкими. Сев на пол, Ниа начала доставать и раскладывать их по одной. Три, четыре… семнадцать… двадцать две… двадцать пять… В ноябре ему должно было исполниться двадцать шесть…
Клави всё не возвращалась.
Ниа собрала свечи, встала и вышла в коридор. Пройдя через внутреннюю дверь, она попала в парк, а оттуда — в госпиталь и пристроенную к нему небольшую часовню — круглый зал с куполообразной крышей. В этом зале не было символов ни одной из религий мира, каждый наполнял пространство под высоким потолком своими богами. В центре зала на мраморном возвышении лежал Эридан, над ним склонился человек в простой чёрной мантии. Он плакал беззвучными сухими слезами. При каждом судорожном движении что-то словно рвалось в старом теле, каждое рыдание выжигало его изнутри. Ниа оставила свечи на каменном выступе у порога и, шатаясь, побрела назад.
Была ночь, холодный ветер бесцельно подметал опавшие листья. Девушка опустилась на бордюр и уткнулась лицом в колени. Она не чувствовала холода. В памяти стоял дрожащий Хидори, которому уже нечем плакать: ещё одно рыдание — и из глаз потечёт душа.
Там, почти замёрзшую, её нашла Клави. Потом она долго отпаивала девушку чаем, рассказывая длинные истории о целебных свойствах мяты. Под утро вернулся Солус, сказал несколько слов, бросил короткий взгляд на Ниа и пошёл в госпиталь.
Небо на востоке медленно светлело.
В десять Клави сказала тихо:
— Сходи переоденься, скоро уже…
Ниа вскинула испуганные серые глаза.
— Иди, девочка, иди… — Клави ласково погладила её по волосам.
Поднявшись к себе, Ниа открыла шкаф. Она почти не носила однотонные платья и, конечно, никогда не покупала чёрные. Вот и сейчас, когда всё содержимое гардероба оказалось вываленным на кровать, у неё в руках осталось небольшое платье с крупными фиолетовыми цветами на чёрном фоне. Она купила его, потому что цветы напомнили ей идисы, подаренные папой.
Переодевшись, девушка плеснула в лицо холодной воды и ушла, оставив выпотрошенный шкаф и гору одежды на кровати.
Внизу уже собралось много людей. Ниа растерянно посмотрела по сторонам, ища своих друзей.
— Могла хотя бы из уважения к его памяти одеться прилично! — раздался рядом резкий голос. Ливора, вся закутанная в чёрное, с лицом, закрытым вуалью, еле стояла, но продолжала кричать. — Это не вечеринка в честь твоего дня рождения!
Ниа безвольно стояла и слушала её слова.
— Может, тебе всё равно, ты ведь его почти не знала! А мы, мы все потеряли близко человека! Мы…
Кто-то взял Ниа за плечи и, проведя через толпу, подвёл к Рейчел и Мэту.
— Побудьте с ней, — тихо сказал Солус друзьям.
— Хочешь присесть? — быстро спросила Рейчел.
Ниа отрицательно помотала головой.
Люди приходили и приходили. Собрались почти все преподаватели, работники университета, знавшие Эридана, и студенты, с которыми он успел подружиться за последний месяц. Вдруг толпа расступилась, пропуская четырёх крестьян из Сирмы, нёсших белый гроб.
Ниа испуганно смотрела на гладкие доски.
— Надо идти, — мягко сказал Мэт.
