— В любом случае, приношу свои извинения. Больше вам не придётся там работать.
— Я согласна делать что угодно, только, пожалуйста, не в подвале! — умоляюще произнесла Ниа.
— Нет, достаточно с вас работы. Университет это переживёт. Занимайтесь языком Аин или чем-то ещё.
— Спасибо! — не веря своему счастью, воскликнула она.
Доминик кивнул и покинул палату.
Ниа медленно опустилась на подушку и облегчённо выдохнула: стоило помучаться всего три дня, чтобы потом навсегда освободиться от ужасного подвала.
После ужина зашли друзья. Мэт неудачно пошул, что боится Ниа, которая может превратиться в крыску. Рейчел больно толкнула его в бок, а Ниа рассмеялась. В детстве она посмотрела много мультиков о мутантах и оборотнях — она была бы справедливой крыской и кусала только плохих людей.
Потом прибежали Рои с Байри. Сегодняшнее занятие языком Аин пришлось отменить: от лекарств Ниа постоянно хотелось спать. Но вечером она упросила врача отпустить её: никаких признаков превращения в маленького грызуна у девушки не обнаружилось, а спать можно было и у себя в комнате.
Хаски встретил хозяйку укоризненным взглядом, говорившим: «Опять с тобой что-то произошло! А вот не заперла бы меня здесь, я бы со всеми этими крысами, знаешь, что сделал?»
— Знаю-знаю, — погладила крутой лоб девушка.
Мэт уже погулял со щенком, поэтому Ниа забралась в постель и попыталась учить новые слова. Но на десятой строке глаза закрылись, и она заснула.
***
Когда она проснулась, был почти полдень. Хаски смотрел на неё с гордым видом: «А я уже сам погулял и поел!»
— Молодец… — сонно ответила Ниа и поплелась в ванную.
В дверь просунулась мохнатая мордочка: «Но я не против погулять ещё раз вместе с тобой».
— Сейчас…
Она долго умывалась, пила чай, одевалась. Щенок лежал у двери и следил за ней недовольным взглядом.
«Копуша!»
— Ага…
Наконец, они вышли на улицу. Прохладный воздух освежал, но глаза девушки продолжали слипаться. В этой полудрёме Ниа побрела по аллее к реке… Знакомые тропинки… Они так часто ходили здесь с Эриданом… Имя нечаянно вырвалось из памяти, и Ниа остановилась, пронзённая им.
Последние дни она боялась тёмного подвала, и мысли об Эридане существовали на краю этого страха. Страх исчез — и они вернулись, заполнив душу до краёв. Признав его смерть, она словно сняла с сердца все покровы, и теперь воспоминания ложились на обнажённую рану.
Ниа свернула на тропинку и вышла к небольшой детской площадке: горка, песочница и качели на цепочках. Тяжело опустившись на деревянную лодочку-полумесяц, она стала раскачиваться. Всё выше и выше к серым облакам.
Пройдя между деревьями, Солус увидел качающуюся на качелях девушку. Деревянная лодочка делала почти полусолнышко, а она продолжала раскачивать её так, будто хотела оторваться от земли и взлететь в осеннее небо.
Он, замерев, наблюдал за ней. Окликнуть страшно, вдруг отпустит руки и упадёт. А если не остановить…
Вдруг Ниа сама перестала раскачивать качели и заплакала.
Сейчас можно было уйти. Но он подошёл, остановил качели и осторожно коснулся лёгких серых волос. Теперь она плакала, уткнувшись лицом в его пальто.
— Простите… — пробормотала она, — я понимаю… но… иногда становится так…
Вытерев слёзы носовым платком, Ниа встала с качелей и попыталась улыбнуться:
— Всё в порядке… Спасибо за…
— Как вы себя чувствуете?
— Нормально, я просто испугалась. Мне кажется, уколы были больнее. И постоянно хочется спать.
— Не стоит качаться на качелях, когда хочется спать, — в его голосе прозвучал упрёк.
— Больше не буду, — сказала она, глядя под ноги.
Они вместе пошли по тропинке к реке.
— Зато заместитель ректора разрешил мне больше не работать.
— Мудрое решение.
— Вообще-то я непротив работать, это было бы даже лучше, потому что когда слишком много свободного времени… Но в подвале мне очень тяжело находиться.
— Давно у вас клаустрофобия?
— С детства… Мы были с папой на даче. Он забыл закрыть люк, я упала в подвал и сломала ногу. Папа тогда был немножко… Я позвала его, но он спал. Когда человек много выпьет, его вообще невозможно разбудить… А утром он меня достал. Но с тех пор я не очень люблю подвалы. И даже на лифтах боюсь ездить, только если сумки большие.
— Вот как…
— Поэтому мы с бабушкой выбрали квартиру на первом этаже. И ей легче подниматься, и мне не страшно… А можно вас спросить? — Ниа вспомнила о волновавшей её проблеме.
— Можно.
— Государство имеет право запретить въезд иностранцев на свою территорию?
— Вы имеете в виду какое-то конкретное государство?
— Да, Лабрию. Просто в Хадаре я встретила своего друга. Мы вместе учились в университете. Он сейчас работает в министерстве по связям с иностранными государствами. И он сказал, что не встречал иностранцев… кроме специально приглашённых лиц…
— Я не очень хорошо знаком с историей вашей страны.
— Неправда, — горячо возразила Ниа, — вы рассказали мне то, чего я сама о ней не знала.
