— Это было связано с моей профессией. Я узнал о Наосе, когда изучал последствия катастрофы. Возможно, именно в ней и заключается причина такой политики вашей страны. Лабрия — одна из немногих развитых стран, которая почти не пострадала в Четвёртой войне. Чтобы избежать наплыва беженцев, государство могло ввести ограничения на въезд иностранных граждан.
— Но ведь это было сто лет назад.
— В любом случае, не думаю, что четверо студентов из Матара могут каким-то образом угрожать безопасности Лабрии.
— А может, мы и встречали иностранцев, только ведь не всегда отличишь их от лабрийцев. Вот в Цании или Эгерии люди выглядят почти так же, как мы.
— А в Алголии? — зачем-то спросил он.
— Нет, в Алголии совсем другие, — ответила Ниа. — Мне ещё в школе учитель рассказывал, что там люди красивые, словно статуи богов… Я когда вас увидела, поняла, что это правда. Вы тогда говорили по-албалийски — и прямо как на дисках, которые я на уроках слушала — но я сразу подумала, что вы из Алголии… И Эридан тоже такой красивый…
Ниа осторожно ступала по размокшей от дождей тропинке, удивляясь, что он идёт рядом и слушает её глупую болтовню. Солус и сам выглядел удивлённым. Он поражённо смотрел — не вокруг, даже не на Ниа, а в самого себя. Жёлтые листья бесшумно отрывались от ветвей и, подхваченные ветром, кружась, опускались на землю. Они вместе вернулись в университет, потом Ниа отправилась в столовую, а Солус пошёл к себе.
После обеда Ниа позанималась с Рои, а вечером все собрались у Мэта, ели мороженное и играли в «Монополию». Когда в полночь начали подсчитывать результаты, оказалось, что у Ниа больше всего банкнот.
— Посмотрите на эту тихушницу, — надулась Рейчел, — прикинулась больной, а сама все деньги забрала.
— Хочешь, я тебе половину отдам? — смеясь, спросила Ниа.
— Поздно уже, да и что я куплю на эти бумажки?
— Мда… — вздохнул Мэт.
Деньги были вечной проблемой. Мэт половину заработанных денег отправлял матери, а остальная половина расходилась на учебники, книги по истории музыки, поездки в соседние города, подарки. Рейчел тоже донашивала куртку, которую ей купили ещё в последнем классе колледжа. Ниа старалась не вспоминать, что зарплата за сентябрь — последняя. А подумать о том, как накопить деньги для Рои на следующий год, вообще было страшно.
— Зато мы все живы и здоровы, — прошептала вдруг она.
На мгновение повисла тишина.
— Правильно! — сказал Мэт. — А деньги заработаем!
Съев ещё по разноцветному шарику, друзья разошлись по своим комнатам.
Ниа сразу легла в кровать, но долго ворочалась, размышляя о будущем. Заснуть удалось только ближе к трём, и, конечно, на следующий день она чуть не проспала завтрак. Рейчел уже не было в столовой, поэтому Ниа быстро проглотила яичницу с компотом и побежала к подруге. За окнами светило солнце, грех было проводить такой день в комнате.
— Слышала, тебя освободили от работы, — раздался сзади тонкий пронзительный голос.
— Да, меня укусила… — она забыла, как старушка в госпитале назвала крысу.
— То есть, ты думаешь, Доминик тебя пожалел?
— Я сказала, что готова работать где угодно, кроме того подвала, но он разрешил мне заниматься своими делами.
— Какое бескорыстие!
— А что? — не поняла Ниа.
— Нет, если ты веришь, что он просто так разрешит человеку жить в университете, то пожалуйста!
— А ты не веришь?
— При чём тут я? Речь ведь идёт о тебе… Хотя ты всегда была неблагодарной!
— Подожди, если он не просто разрешил мне жить здесь, то как тогда?
— Ну, тебе лучше знать,
Сколько стоит?.. В университете можно находиться, только если работаешь или платишь за обучение. Но кто станет платить за неё деньги? Ответ нашёлся быстро и был таким неожиданным, что Ниа резко остановилась. Это мог быть, конечно, и профессор Сатабиша, но Хидори ничего не знал об истории с подвалом и крысами. А он знал… Нет, это бред! Глупо даже думать такое… Он был добр к ней последнее время, но ведь год учёбы в университете — это не книга на бенеташском, пусть и самая редкая… Но если всё-таки правда, тогда… А она ещё с такой радостью рассказывала, что заместитель ректора разрешил ей не работать!
Забыв о прогулке, Ниа побежала на четвёртый этаж. Может, его и нет в классе… Она постучала и прислушалась. Тишина, потом резкое «войдите».
— Здравствуйте, — произнесла Ниа, остановившись у порога.
Увидев её, Солус нахмурился.
— Здравствуйте, — холодно произнёс он. — Извините, но у меня много работы.
Ниа с удивлением смотрела в его потемневшие глаза, которые упрямо не желали смотреть на неё. Что произошло с момента их последней встречи? Теперь её вопрос казался просто абсурдным, и всё же…
— Простите… Просто… мне нужно спросить… Вы… вы заплатили за меня деньги заместителю ректора?
Солус бросил на неё неприязненный взгляд. Казалось, сейчас он скажет: «С какой стати я должен за вас платить?» Но он вдруг ответил:
— Да, и что?
Изумлённая девушка долго не могла найтись, что сказать. Получалось только бессвязное: «Но… как же… я ведь… вы…»
