– Ринка, отпусти брата и позволь девушке снова взять его за руку, она, наверно, может разговаривать с нами только через метку, – сказала Шиасса и улыбнулась Алисе.
«Я – Шиасса, мама вот этого Большого Змея, который тут спит, а это Бьяринка, его сестра».
Алиса обрадованно просияла в ответ всем лицом. Ей понравилась пожилая красивая нагиня с умными, добрыми глазами и спокойной, мягкой улыбкой. Вот в кого уродился Карангук!
– Какая ещё метка? Она же – человек! Так не бывает! – возразила Бьяринка, но подвинулась.
– Иначе он не принёс бы её сюда, значит, метка есть.
«Да, метка есть», – подтвердила Алиса, снова получив возможность местной телепатии. – «Но Карангук считает, что это ошибка, и намерен с кем-то по этому поводу разобраться».
«А ты сама как считаешь?» – спросила Шиасса и посмотрела испытующе.
«А я не знаю, я в первый раз со всем этим сталкиваюсь», – вздохнула Алиса.
«Ладно, отдыхайте, мы потом поговорим, когда он проснётся».
Шиасса кивнула Алисе, крепко взяла дочь за руку и удалилась из комнаты, утащив оглядывавшуюся Бьяринку за собой.
***
В покоях не было дверей, только входной проём, небрежно прикрытый занавеской. Забегай… заползай, кто хочешь.
Алиса прикорнула было рядом с Карангуком, но тут же подскочила.
Занавеска отлетела, в комнату ворвался молодой, абсолютно белый наг.
Он, не моргая, посмотрел в упор с таким злорадным весельем, что Алиса сразу поняла – прямо сейчас ей придётся воевать.
– Человечка! Упитанная! Должно быть, вкусная! Как это кстати для Хешкери! Скажи-ка, сожрать ли тебя сразу, живьём, маленькими кусочками, или сначала, как следует, помучить у столба пыток?
Он двинулся вперёд, нарочито неторопливо и угрожающе.
– В отряде инспектора тебя не было, значит, ты пробралась сюда тайком. Воровка! Всем людям всегда нужны сокровища, за этим они к нам и лезут!
Алиса вцепилась в запястье Карангука обеими руками.
«Я – его Истинная, а никакая не воровка!»
– Ты врёшь! Не бывает Истинных из другого вида!
Хешкери подскочил вплотную и навис над Алисой.
«На руку посмотри, там – метка!»
Белый наг расхохотался, раскачиваясь на хвосте из стороны в сторону и сотрясаясь всем телом.
– Мало ли что ты нарисовала!
«Да не на мою, а на его руку!»
– Так ты и ему могла нарисовать что угодно, чтобы голову заморочить! Люди способны на любые художества! А вот я когтями распишу тебе личико, и морочить больше будет нечем!
«Хочешь, чтобы он умер?! Хочешь лишиться собрата, за которого перед остальными отвечать придётся?!»
Если белый наг с издёвкой шипел вслух, то Алиса истерически орала мысленно, потому что он схватил её и старался оттащить от недвижного Карана, а тогда она лишилась бы последнего средства защиты – возможности разговаривать.
На самом деле Хешкери совсем легонько дёргал человеческую девчонку за пояс из стороны в сторону, он мог бы запросто, в один миг, оторвать её от Карангука, если бы захотел. Но у Алисы уже разжимались пальцы, бессильно падали плетьми руки, ускользало сознание. Может, перестать сопротивляться, и пусть этот изверг хвостатый её убьёт? Она устала бороться. Но что тогда будет с её нагом?
Белый змей вдоволь полюбовался на полубесчувственную от изнеможения человечку… И отпустил её.
Алиса повалилась на постель.
– Хм… Ладно, может, я и поверю. Пока – поверю. В общем, мы ещё встретимся.
Он направился к выходу, и тут из-за его спины показалась ошеломительно яркая, черноволосая и грудастая красавица.
– А мне никакая метка не помешает, я ведь не бить и не убивать тебя буду. Я не причиню твоему жалкому, хилому тельцу ни малейшего вреда. Я просто тебя загипнотизирую, и ты будешь делать всё, что я тебе прикажу.
«Да ладно пугать-то, не испугаешь!».
Алиса даже смогла слабо засмеяться. Ей вдруг пришло в голову, что всё вот это – просто-напросто проверка. На храбрость, на вшивость, на что там ещё бывают проверки. Потому что особого вреда ей, и в самом деле, не причинили, только напугали до умопомрачения.
«Я отлично знаю, что змеи не обладают гипнозом!»
Наяша язвительно улыбнулась, показав прекрасные, снежно-белые, острые клыки.
– Змеи не обладают, а шеххары обладают. Именно потому, что они, то есть, мы – разумные.
М-да? Но разумные не ненавидят почём зря, без разбору.
«В любом случае, ты зря торопишься. Тебе ведь он нужен, я правильно понимаю?»
Даже если догадка неверна, главное – сбить с толку и заболтать, а там, глядишь, Каран проснётся или кто-нибудь ещё придёт на помощь.
«Так вот, он полагает эту метку ошибкой и хочет добиться того, чтобы её сняли. Я, как и он, считаю, что навязанная воля – это отвратительно. Когда метки с нас снимут, то мы оба снова будем свободны в своём выборе. Тебе надо просто немного подождать».