Показалось, кто-то хихикнул над ухом. Судя по всему, Забияка. Я тоже улыбнулась и украдкой осмотрела свою ладонь – ту самую, в которую вцепился капитан Фа перед тем, как его ударило током. Из-под манжеты вынырнул плетеный узелками браслет. Ю Шэн-Ли сузил глаза и наклонил голову набок, став похожим на любопытную птицу.
– Защитный браслет? – тихо спросил он, рассматривая его, но не дотрагиваясь. Совсем как недавно Дитер. – Насколько я сведущ в магии монахов-отшельников, подобное плетение не используется при атаке.
– Я и не думала на браслет, – призналась я, аккуратно одергивая рукав. – Мне помог родовой кулон Адлер-Кёне.
– Тот самый? – Ю Шэн-Ли приподнял брови. – Разве он не обуглился, вобрав в себя разрушительную магию василиска?
– Он поменял структуру, – ответила я, задумчиво поглаживая себя пальцами по груди и нащупывая овальный камушек оберега. – Но он пропитан магией.
– Магией? – заинтересованно переспросил Шэн. – Вот как…
Я кивнула.
– Да. С ним я вижу, когда человек лжет, а когда говорит правду. А еще он защищает меня… – вспомнила покалывающие импульсы и поежилась. – Наверное, мне нужно научиться управлять этой силой. Вот только как?
Ю Шэн-Ли покачал головой.
– Увы, я лучше разбираюсь во внешней политике и стрельбе из мушкета, нежели в магии. Боюсь, тут ничем не смогу тебе помочь, мой юный друг.
Вспыхнувшая надежда погасла, и я вздохнула и опустила плечи.
– Конечно, – произнесла вслух, – но тогда вы, господин Ю, научите меня тому, что умеете сами?
Он помолчал, снова осматривая меня, улыбнулся одним уголком рта и ответил:
– А вы упрямы, Мар-Тин. Почти как ваш «брат», не так ли?
– О! – ответно улыбнулась я. – Про нас говорят: два сапога пара!
– В таком случае, исполните приказ, а после приходите устраиваться в шатер, – сказал Ю Шэн-Ли. – Командир Е Бо-Джинг предполагает, что Железная гвардия простоит на границе не одну неделю, у нас будет время на тренировки.
– Спасибо, господин Ю! – расцвела я, подняла ведро и как могла быстро припустила к конюшням, где уже в нетерпении скребла землю птица Пэн. К моему облегчению, здесь никого не было, даже того мальчишки, что опознал во мне «штабного». Меньше народу – меньше расспросов, с меня хватило капитана.
Напоив птицу, я оставила ведро и зашагала к одному из шатров, над которым вывесили флаг – три белых звезды на фоне дракона. Родовой герб Ю Шэн-Ли.
Внутри оказалось довольно просторно: стены утеплены войлоком, на земле постелены циновки, плотная и тяжелая занавеска отделяла мою «спальню» от отсека, который предназначался послу.
– Все, что происходит за этой занавеской – твоя собственная крепость и тайна, – сказал Ю Шэн-Ли, как только мы остались наедине. – Я не переступлю этот порог, пока ты не позволишь.
– Спасибо, милый Шэн, – я слегка обняла друга, которого впервые за прошедший день рискнула назвать по имени. – Ты всегда поддерживал нашу семью и стал для меня как сводный брат. Ты узнал что-нибудь о Дитере?
Я отстранилась и с надеждой заглянула в его лицо, но к моему разочарованию Ю Шэн-Ли поджал губы.
– Ди теперь в Фессалии, – сказал он. – А скоро направится на границу с Кентарией. Я бы хотел быть рядом с ним, но мое прошение только-только отправилось с гонцом. И мне бы не хотелось покидать тебя раньше времени, мой друг. Учитель никогда не бросит своего ученика, оставив его лишь в начале пути.
– Я знаю,– прошептала я и пожала его сухую ладонь. – И готова ждать сколько угодно! Лишь бы не случилось войны. Лишь бы Дитеру удалось остановить черных всадников…
Тут мне вспомнилось пророчество Оракула, пощелкивания ее желтых ногтей и извилистые, точно живые узоры татуировки. Тысяча глаз, внимательно глядящих в прошлое, настоящее и будущее.
Мы пообедали рисом и лепешками, запили простой водой. Потом, сославшись на усталость и получив разрешение Ю Шэн-Ли, я отправилась в свою крохотную комнатушку и легла на топчан, застеленный теплым шерстяным покрывалом.
«Дитер, – подумала я, закрывая слипающиеся глаза. – Где ты, любимый?»
И провалилась в сон.
Мне так хотелось встретиться с Дитером хотя бы там. Интересно, что скажет он? Рассердится или щелкнет по носу и проворчит: «Моя ты выдумщица!» Тогда я бы повисла бы у него на шее и прошептала: «Забери меня в плен, мой генерал!»
Но он не пришел. Не приснился ни Мейердорфский замок, ни резиденция в Альтаре. Я видела лишь белесую пустоту, густую, как туман, и куда бы ни повернулась – земля была безвидна и пуста, и тьма над бездною. Над головой вращался звездный водоворот, точно кто-то размешивал небо гигантской ложкой, и метеоры горячими каплями срывались из черноты.
– Берегись Черного Зеркала… берегись… – шептал в уши глубокий голос Оракула.
В тумане почудилось движение. Я сощурилась, пытаясь рассмотреть, кто приближается ко мне: шли две фигуры, одна побольше, вторая поменьше. Фиолетовые одежды, капюшон, скрывающий лицо… Оракул О Мин-Чжу?
Она остановилась, не дойдя до меня нескольких шагов. Фигура маячила рядом как набросок углем – лица не разглядеть, лишь неясные очертания. Животное? Карлик? Или… ребенок?
