Битва за три северные ОП «Югетт» закончилась. Она продолжалась почти целый месяц и стоила врагу большей части трех его полков убитыми и ранеными. По меньшей мере, добрая треть, если не больше, артиллерии Вьетминя была постоянно направлена на обстрел трех крошечных позиций «Югетт-1», «Югетт-6» и «Югетт-7». С французской стороны потери составили 500 человек, включая многих лучших бойцов гарнизона и один танк. И все же, то, что полковник Лангле называл «тремя смехотворными квадратами рисового поля» заставило дорого заплатить врага за его овладение 800 метрами пустой взлетно-посадочной полосы.
В отрывке, необычно откровенном для военного командира коммунистов, генерал Во Нгуен Зиап ясно показал, чего стоила битва за «Югетт» его собственным войскам:
«Однако главной чертой этой фазы сражения был ожесточенный характер боев… битва длилась очень долго, и все больше войск, которым пришлось сражаться без перерыва, были уставшими, измотанными и сталкивались с большим нервным напряжением… Наши войска не смогли избежать опустошения, что потребовало быстрой реорганизации и усиления… среди наших руководящих кадров и бойцов появлялись негативные реакционные тенденции, чьи проявления это страх многих быть убитым, страх понести потери, столкнуться с усталостью, трудностями и лишениями...»
Осадным силам Вьетминя потребуется время до 1 мая, чтобы оправиться от битвы за «Югетт», пополнить некоторые из своих истощенных полков на передовой и пополнить запас боеприпасов для последнего наступления.
Глава 8. Одинокая «Изабель»
Главная позиция Дьенбьенфу, даже в худший момент сражения, занимала почти квадратную милю. До самого последнего дня, восточные холмы укрывали, по крайней мере, ее часть от вражеской артиллерии, а крутой восточной берег Нам-Юм обеспечивал хотя бы небольшую защиту. Подразделения могли перемещаться с одного холма на другой и долго ползти по, казалось, бесконечной системе «метро», что по крайней мере, обеспечивало иллюзию относительной мобильности. В Дьенбьенфу были женщины: проститутки двух борделей, семьи горцев мео и мадемуазель де Галар. В мире, сошедшем с ума, даже такие жалкие остатки нормальности очень много значили для морального духа гарнизона.
Ничего этого не было на изолированном опорном пункте «Изабель». Здесь 1809 человек, одиннадцать 105-мм гаубиц и три танка находились на участке болотистой речной излучины, площадь которой никогда не превышала одной четвертой квадратной мили. На «Изабель» не было никаких участков местности, дающих укрытие, никаких кустов или деревьев, которые можно было бы использовать для маскировки, никаких женщин, на которых можно было бы хотя бы взглянуть издалека, и никакой системы тоннелей. Главная позиция Дьенбьенфу до последнего играла наступательную роль и по этой причине получала обильное подкрепление из полностью укомплектованных подразделений. Двойная задача ОП «Изабель» была проста — обеспечивать фланговый артиллерийский огонь по основной позиции и оставаться в живых. Массированных контратак быть не могло, потому что для их проведения не хватало войск. На самом деле, как вскоре стало очевидно, как только противник начал развертывать свои войска в полном составе и начал рыть свою всепроникающую систему траншей, в ОП «Изабель» и на основной позиции в Дьенбьенфу было недостаточно войск, чтобы поддерживать постоянную связь между двумя позициями. Потеря дорожного сообщения между «Изабель» и Дьенбьенфу, как и потеря основного аэродрома Дьенбьенфу в начале сражения, никто заранее не предвидел. Что касается вспомогательной взлетно-посадочной полосы, выровненной бульдозерами к северу от ОП «Изабель», то на нее село ровно два самолета, прежде чем она также попала под огонь коммунистов и стала непригодной для использования. На южном конце взлетно-посадочной полосы был построен специальный опорный пункт, должный служить связующим звеном с остальной частью ОП «Изабель», расположенной на другой стороне Нам-Юм.
