С казалось бы, единым ревом оставшиеся гаубицы и тяжелые минометы главной позиции дали залп по незащищенной массе людей на склонах «Элиан-2». Еще несколько залпов обрушились на 102-й полк; затем передовой наблюдатель приказал прекратить огонь. Когда дым рассеялся, атакующая волна бойцов Вьетминя исчезла. С «Элиан-4» и «Элиан-2» в полевые бинокли аванпосты десантников насчитали по меньшей мере 200 тел, неподвижно лежавших на взрытой земле. Как позже выразился Пуже, мысль об этой резне взбодрила десантников, когда они готовились к ответному артиллерийскому обстрелу, который обязательно должен был последовать. И он действительно произошел. С удвоенной силой, вся гамма вражеской артиллерии, начиная с безоткатных 75-мм орудий и 81-мм минометов до средних гаубиц и советских ракетных установок, теперь начали вести свой разрушительный огонь по всей центральной позиции французов. Через короткое время три из оставшихся 105-мм гаубиц были уничтожены, а их орудийные расчеты были перебиты. В то же время, вражеские батареи начали обстреливать вблизи «Изабель» начали обстреливать орудия этого опорного пункта. К 23.00 полковник Лаланд сообщил, что восемь из девяти его гаубиц уничтожены. Вместе с ними исчезли все шансы на эффективный заградительный огонь по опорным пунктам «Клодин» и «Югетт». Результаты обстрела стали особенно очевидны на «Клодин-5», уже сильно пострадавшей от артиллерийского обстрела в предыдущие часы. Оказавшись на открытом месте, не имея возможности найти даже скромную защиту, предлагаемую обратными склонами на «Элиан», 3-й взвод 2-й роты 1-го батальона 2-го полка Иностранного легиона, начал отводить свои аванпосты от бреши дезертиров в колючей проволоке примерно в 19.00. К 22.00 «Клодин-5» распался, и последние его остатки пытались удержать систему ходов сообщения к западу от «Клодин-2» и «Клодин-4». Командир батальона, Клемансон, решил очистить оставшуюся позицию от всех, кого можно было сохранить, чтобы удерживать «Клодин-5» как можно дольше. Капитан Филипп, командовавший смешанной ротой из остатков 3-го батальона 13-й полубригады на «Клодин-4» отправил взвод на «Клодин-5». Но в отсутствии какой-либо артиллерийской поддержки он мало что мог сделать. Вскоре, они были захвачены общим разгромом 2-й роты. Но затем выдвинулся взвод саперов 1-го батальона 2-го полка Иностранного легиона. На параде Иностранного легиона, который достаточно красочен сам по себе, саперы представляют собой незабываемое зрелище: отобранные из самых высоких и крупных мужчин в части, все они носят пышные бороды и сияющий белизной кожаный фартук, а в дополнение к своему оружию, несут топор на длинной рукояти. В бою, конечно, они носят ту же форму что и все остальные, но их особые навыки обращения с различным оружием и взрывчаткой делают их своего рода ударным отрядом своего батальона. Даже в такой отчаянной ситуации, в какой оказался ОП «Клодин» в ночь на 6 мая, воздействие этой небольшой группы не прошло впустую. Предводительствуемые саперами Иностранного легиона, разрозненные части 2-й роты и взвода 3-го батальона 13-й полубригады пробились обратно на «Клодин-5». Вид обнаженных по пояс бородатых гигантов оказался шокирующим даже для суровых бойцов штурмовых отрядов «Железной дивизии» Вьетминя. В 22.30 легионеры вернулись в безликую лощину, заполненную воронками от снарядов и мертвыми телами, которая раньше была «Клодин-5». Он окончательно пал к 02.00, все в его гарнизоне были мертвы или ранены.
Но пока Пуже выигрывал первый раунд своего боя на «Элиан-2», а Клемансон пробивался на «Клодин», противник сосредоточился на «Элиан-4» и крошечном «Элиан-10», который прикрывал его левый фланг. Если бы «Элиан-10» пал, Брешиньяк и Ботелла на «Элиан-4» были бы полностью обойдены с фланга, а подходы к мосту Бейли находились бы под прямым контролем Вьетминя. Защитники «Элиан-2» и «Элиан-3» были бы полностью уничтожены, и враг будет контролировать все позиции на высотах. Все, что осталось бы от французского укрепрайона Дьенбьенфу – это ряд полузатопленных грязью равнин, заполненных ранеными и умирающими, также обломками того, что когда-то было артиллерийскими орудиями и танками. Если Дьенбьенфу должен был дожить до следующего дня, не говоря уже об том, чтобы продержаться до прекращения огня, «Верхние Элиан» должны были удерживаться буквально до последней канавы, последнего патрона и последнего человека.
