– Зачем? Ну, я даже не знаю. Я могу с величайшим апломбом врываться в Величественные Особняки Богатеев, мне удаётся даже выглядеть не слишком неуместным среди любителей глубоководного плавания; но единственное место в городе Лос-Анджелес, где я чувствую себя особенно смутно, это тот монастырь. Пойдём вместе, будешь держать меня за руку.
– При одном условии: Леона даст мне рецепт этого кролика.
– Справедливо. Не возражаешь, если украду твою жену завтра днём, Мэтт?
– Он даже не заметит. Работает над фантастическим романом.
– О. Ещё кролика, Мэтт? Полезной магии плодородия?
Мэтт Дункан удивлённо и задумчиво посмотрел на него.
– Спасибо. Смотри, Теренс. Исходя из всего твоего опыта, каков единственно безопасный и верный способ совершить убийство?
– Думаю, единственный известный мне способ – доставить твою жертву в Вашингтон. По-моему, столичная полиция уже лет пятнадцать не предъявляла обвинения в убийстве. Годится для твоих планов? Только, конечно, если это женщина, они могут подвести тебя под акт Манна3. Полагаю, убийство – цель аморальная.
– Это мужчина, – мрачно изрек Мэтт. – По крайней мере, так мне кажется.
– Забавно, – заметила Леона. – У нас всё время за обеденным столом обсуждают убийства, но уже совершённые. Новый подход. Кто же жертва?
– Дражайший мой Хилари. Для вас Хилари Сент-Джон Фоулкс.
– Фоулкс?
– Единственный сын и наследник покойного великого Фаулера Фоулкса, о кончине которого никто так не сожалеет, как бедняги, вынужденные иметь дело с его сыном.
– Но кто такой Фаулер Фоулкс? – спросила Леона.
Маршалл расхохотался.
– Ну и жена у меня! Она любит детективы, но приучить её читать по-настоящему важные книги... Да, чёрт возьми, я вырос на историях о докторе Дерринджере, и ничто не может их превзойти. Они священны, вот. Но зачем убивать Хилари?
– Познакомься с ним, – сказал Мэтт. – Пообщайся хоть раз. Этого хватит. Не нужны никакие другие мотивы. Собственно говоря, я сам не зашёл дальше, а посмотри на меня.
– Убийство безупречно альтруистическое?
– Не совсем. Но каков твой совет по поводу метода?
– Представь меня ему однажды, и я поставлю диагноз. Метод следует избирать индивидуально. Артистизм Преступления; вот девиз Маршалла.
– Пусть говорят, – терпеливо уступила Конча. – Но, Леона, насчёт этого кролика...
– О, да. Очень просто, но недурно. Нарежь кролика, собери обратно и положи в форму для выпечки. Поверх нашинкуй лук, зелёный перец и солёную свинину, всё посыпь паприкой. И помни – никакой соли, всё возьмёт на себя свинина.
– Нашим жёнам обмениваться рецептами куда проще, чем нам, – продолжал говорить Маршалл Мэтту. – Убийство не так легко свести к формуле. Нужно ухватиться за неумолимо верное, но мимолётное мгновение.
– Залей стаканом кипятка и запекай в духовке на среднем огне примерно час (обычно этого хватает) или, может, полтора часа. Примерно на половине этого времени можешь слить часть жидкости; кролик истекает соком. Из него и остатков на сковородке, когда закончишь, можно сделать подливку.
– Это самый простой способ приготовить кролика, какой я когда-либо слышала, и... – Конча отложила косточку, которую грызла, и облизала пальцы, – безусловно, лучший. Есть карандаш, Мэтт?
Мэтт нащупал карандаш и посмотрел на лейтенанта.
– Насчёт того убийства, Теренс. Ты думаешь, я шучу? – Его улыбка была жёсткой и резкой.
2
Приняв молниеносное решение, капитан Комета выключил телевизор и прижал синхросинтетическую селенохромовую сетку к своему загорелому запястью.
В комнату с лязгом вошёл Адам Финк, робот-андрогин.
– Быстро! – гаркнул гибкий, но мускулистый капитан. – “Центаври-3” прямо сейчас покидает космодром с контрабандным грузом травы ксургиль для Венеры. Возьмите механический мозг Га-Джет и сразу же отправляйтесь к маневренному астероиду Х-763. Перехватите “Центаври” в точке, отмеченной Q, прямо на этой орбите.
Электронные узоры металлического мозга Адама Финка записывали приказы хозяина. Он с лязгом развернулся, чтобы выйти.
– И помните, что принцесса Нептуна Зурилла находится на борте. С ней ничего не должно случиться!
Голова робота звякнула в кивке, и он вышел из комнаты. Напряжённые мускулы капитана Кометы напряглись ещё сильнее, когда он вновь включил телевизор и увидел центральную диспетчерскую Межпространственного патруля.
– Z-999! – рявкнул он.
Внезапно изображение исчезло, и машина заглохла. Посреди комнаты выросла пульсирующая пурпурная световая дуга, и из неё выступил зеленобородый центаврианин.
– Ксикс! – ахнул капитан Комета. – Ксикс, контрабандист ксургиля!
***
Джо Хендерсон выдернул из пишущей машинки листок и посмотрел на стопку бутербодов из бумаги и кальки у своего локтя.
– У меня куча проблем с этим капитаном, – сказал он.
Человечек на диване зевнул.
– Греншем хочет рукопись к концу недели.
– Да получит он её. Будь я проклят, если знаю, что будет дальше, но он разберётся.