Неслушающимися пальцами она кое-как стянула мокрую рубашку и, скомкав ее, засунула в пакет. С трудом надев нижнее белье и носки, она попыталась втиснуться в джинсы, но в тесном пространстве машины натянуть их на мокрые ноги было практически невозможно, поэтому она отбросила их на заднее сидение – наденет, когда немного обсохнет. К счастью, для сегодняшней поездки она выбрала толстый объемный свитер, поэтому поджав ноги, натянула его до самых пяток. Только она закончила переодеваться, как водительская дверь распахнулась, и в поле зрения снова появился Марк. Он стянул с себя мокрый пуловер и бросил его на заднее сиденье. Следом отправились джинсы и носки. Яна, как могла, старалась отводить взгляд, но, видимо, отстуда все же не сработала, потому как получалось у нее это с трудом.
– Я возьму? – Марк заглянул в салон и указал на пальто.
– Да, конечно, – Яна смущенно закивала. Она отвернулась и увидела, что со стороны реки к ним бежит Кулешов.
– Так, – сказал он, стряхивая с лица капли воды, – я никого не нашел, гражданочка говорит, – неопределенный жест головой в сторону Маргариты, – что кроме вас тут никого не было. Я дождусь водолазов, а вы поезжайте.
– А как же ты, майор? – удивился Марк.
– Меня госпожа Литвинова подвезет. Заодно разузнаю, что за опасные игры вы тут устроили, – он метнул в сторону Яны такой убийственный взгляд, что она невольно отпрянула. – Все, увози ее, пока снова переохлаждение не заработала.
Марк кивнул на прощание Кулешову и, круто развернувшись на узкой дороге, помчался в сторону Москвы.
– Ты как? – нарушил гнетущую тишину Марк.
– Нормально, – стуча зубами ответила Яна. Она все еще не могла согреться, казалось, что холод поселился внутри нее и теперь она больше никогда не ощутит тепла.
Марк время от времени бросал на нее быстрые взгляды, но она упрямо делала вид, что ничего не замечает. Перед выездом на шоссе машина стала сбавлять скорость. Марк остановился на обочине и, развернувшись к ней всем корпусом, задал вопрос, которого Яна очень боялась:
– Что вы делали с Маргаритой на реке?
– Я не могу сказать, – устало ответила Яна. Она понимала, что только что Марк, рискуя собственной жизнью, вытащил ее из воды и заслуживал знать правду, но этого она допустить никак не могла.
– Ты только что едва не утонула, и мне хотелось бы знать, что заставило тебя нырнуть в реку в конце сентября?
Голос Марка дрожал от едва сдерживаемой ярости, но это Яну не испугало, наоборот, заставило саму пойти в атаку.
– А что вы там делали с Кулешовым? Наслаждались природой и хорошей погодой?
Марк стиснул зубы и молча смотрел на нее.
– Видишь, нам обоим есть что скрывать, – сказала Яна и отвернулась. Она с самого начала подозревала, что Кулешов приехал в Москву не просто так, и теперь ее злило, что Марк отказывается посвящать ее в свои делишки. Краем глаза заметила, как он поплотнее запахнул пальто на голом теле и снова запустил двигатель автомобиля. Яне сразу стало стыдно за свои слова, и она попыталась сгладить неприятную ситуацию.
– Марк, – примирительно начала она, – я правда не могу рассказать тебе, что делала на реке, это… В общем, не могу. Но спасибо, что спас меня. Снова. Я не должна была оказаться в воде, это вышло случайно, и, если бы не ты, возможно, для меня сегодня все закончилось бы трагически.
Марк коротко кивнул, делая вид, что полностью сосредоточен на дороге, Яна снова отвернулась к окну. Ее тело онемело от холода, и только место на спине, которого коснулась рука Маргариты перед тем, как Яна оказалась под водой, горело огнем.
Когда они выехали на оживленную трассу и вдоль дороги замелькали вывески кафе, Марк сказал:
– Я бы предложил выпить кофе, но, боюсь, никто из нас не одет для похода в кафе.
Яна опустила взгляд на торчащие из-под свитера пальцы ног и сказала:
– Да, пожалуй, настолько экстремальное мини я еще не носила.
Марк усмехнулся, и атмосфера в машине стала чуть менее напряженной.
– Яна, а та девушка, про которую ты говорила, она была…реальной?
Яна сразу поняла, что имел в виду Марк, и ненадолго задумалась. В памяти снова всплыло лицо незнакомки, широко раскрытые глаза, беззвучно шевелящиеся губы…
– Нет, боюсь, что нет.
На въезде в город, как всегда, образовалась многокилометровая пробка, из-за чего обратный путь растянулся на несколько часов. За окном уже сгустились сумерки, и снова начал накрапывать противный мелкий дождик. Марк припарковался около дома и терпеливо ждал на улице, пока Яна в машине наденет джинсы. Он так и остался в одном пальто и ботинках, его одежда мокрой кучей лежала на заднем сиденье рядом с рубашкой, в которую переодевалась для ритуала Яна.
– У меня есть вкусный чай и, вероятно, пироги, которые Ольга обещала сегодня испечь, – сказал Марк, едва они оказались в подъезде.
– Спасибо за приглашение, но я лучше сразу пойду к себе. Мне нужно побыть одной.
Марк понимающе кивнул и не стал настаивать, хотя в его взгляде все еще читалась тревога. Когда Яна открывала дверь своей квартиры, он тихо произнес:
– Яна, я бы очень хотел тебе все рассказать, но не могу.