– Да, Марк, я тоже, – не оборачиваясь ответила она. – К сожалению.
Яна переступила порог коммунальной квартиры и тут же споткнулась о разбросанную по всему коридору обувь. Вполголоса выругавшись, она отпихнула в сторону чьи-то ботинки, освобождая себе дорогу. На шум выглянула соседка Алла, и, увидев чертыхающуюся Яну, заговорщицки произнесла:
– А, это ты. Не шуми, у нас тут сеанс.
– Что? Какой еще сеанс? – непонимающе переспросила Яна.
Алла демонстративно закатила глаза и пояснила:
– Елена Львовна, – она кивнула в сторону двери в конце коридора, – возомнила себя медиумом. Собрала где-то таких же чудаковатых стариков, как она сама, приволокла свечей из твоего магазина и доску такую, для вызова духов. Заперлись в комнате и сидят. Духота там страшная, надеюсь, что не придется вместо духов вызывать им скорую.
– Да уж, – Яна тяжело вздохнула и открыла дверь своей комнаты. За спиной Алла еще продолжала что-то бормотать, но Яна ее уже не слушала. Добрела до кровати и почти сразу провалилась в сон.
Она не знала, сколько прошло времени, но разбудил ее шум. С трудом разлепив веки, Яна нашарила рукой телефон и посмотрела на часы. Время уже перевалило за полночь, обычно к этому часу коммунальная квартира погружается в сонную тишину, но в этот раз прямо под ее дверью кто-то шуршал и оживленно перешептывался. Кляня про себя эксцентричную соседку, которая принимает до поздней ночи гостей, Яна потащилась к двери, чтобы деликатно разогнать компанию престарелых экстрасенсов по домам.
– Я чувствовала потустороннее присутствие, – донесся до нее хорошо поставленный голос Елены Львовны. В отличие от своих приятелей, она даже не пыталась вести себя тихо. – Энергия потоком шла сквозь меня, я до сих пор ощущаю вибрации. Вот, потрогайте, – соседка протянула унизанную перстнями ладонь стоявшему слева от нее мужчине, и он деликатно коснулся ее руки. – Ах, Яночка! – Елена Львовна, наконец, заметила ее присутствие и лучезарно улыбнулась. На ней сегодня было шелковое кимоно, искрящееся и переливающееся всеми цветами радуги, а голову украшал искусно намотанный тюрбан. От количества сверкающей бижутерии, которую бывшая оперная певица сегодня надела, даже в таком тусклом свете можно было с легкостью получить ожог роговицы. – Мы не хотели вас потревожить, – Елена Львовна слегка понизила голос, призывая своих приятелей последовать ее примеру, хотя именно она сама и была основным источником шума.
Яна молча наблюдала за тем, как компания пенсионеров, кряхтя и вздыхая, отыскивает в полутьме коридора свою обувь, и один за другим покидают квартиру. Сияющая Елена Львовна любезно со всеми прощалась и клятвенно обещала повторить сеанс в следующий четверг. Последним выходил высокий пожилой мужчина. В отличие от остальных он не стал горячо прощаться с хозяйкой вечера, а повернулся к Яне и с легкой улыбкой пожелал ей доброй ночи. Уже почти переступив порог квартиры, он обернулся и тихо произнес:
– Не отказывайтесь от моего мальчика, Яночка. Не совершайте ошибку.
Прежде чем Яна успела что-то ответить, мужчина исчез, а Елена Львовна, будто ничего не замечая, закрыла дверь и удалилась в свою комнату. Яна же буквально приросла к месту и не могла пошевелиться. Пусть лицо мужчины было сложно разглядеть в полумраке, но она была абсолютно уверена, что одним из гостей Елены Львовны был Лев Яковлевич Яновский, дед Марка. Умерший пять лет назад.
Глава 11
Кулешов чувствовал, что еще чуть-чуть и водолазы будут искать уже не одно тело, а два. Второе – его собственное. От холода ноги сводило судорогой, но он упорно продолжал нырять в ледяную реку, надеясь найти девушку, о которой говорила Яна. Умом понимал, что спасти ее уже не удастся, но не мог заставить себя остановиться.
– Выходите на берег, – сказала Маргарита, когда он в очередной раз вынырнул, чтобы глотнуть воздуха. – Ваши ребята уже скоро будут здесь, незачем вам продолжать геройствовать и рисковать своей жизнью.
Кулешова удивило спокойствие, с которым эта женщина наблюдала за всем происходящим. Наблюдала – хорошее слово. Подходящее. Когда Яна ушла под воду, на лице Маргариты не дрогнул ни один мускул. Она так же бесстрастно наблюдала за Марком, который бросился в реку, спасая девушку, которую, как показалось Кулешову, сама же Маргарита и столкнула в воду. Не предложила никому из них даже полотенце, которое лежало аккуратно сложенное прямо у ее ног. Стояла и смотрела. Молча. Бесстрастно.
Слова, обращенные к Кулешову, были первыми, что она произнесла с момента их появления. Он подтянулся на руках и немного неуклюже выбрался на пирс. Схватил полотенце, чем вызвал возмущенный взгляд Маргариты, и принялся до красноты растирать озябшее тело.
– Нас не успели друг другу представить, – вспомнил о манерах Кулешов, прыгая на одной ноге, чтобы избавиться от попавшей в ухо воды. – Александр Филиппович Кулешов, майор полиции, – он протянул Маргарите руку, но был удостоен лишь еще одного презрительного взгляда.
– Маргарита Андреевна Литвинова, ведьма.