Разница между Дугласом и Линкольном - и в значительной степени между прорабовладельческим и антирабовладельческим мышлением - заключалась не в том, что Дуглас верил в подневольное состояние (ибо он не верил) или что Линкольн верил в безусловное, полное равенство черных и белых (ибо он не верил). Разница заключалась в том, что Дуглас не верил, что рабство действительно имеет большое значение, потому что не считал, что негры настолько близки ему, чтобы он был вынужден заботиться о них. Линкольн, напротив, считал, что рабство имеет значение, потому что он признавал человеческую близость с неграми, которая делала их положение необходимым предметом его заботы. Это не означает, что его позиция была логически последовательной или что он был свободен от предрассудков. На самом деле он был классической иллюстрацией американской дилеммы Гуннара Мюрдаля: философски и абстрактно он верил в человечность негров и равенство людей; конкретно и культурно он принимал преобладающую практику подчинения негров. В самом деле, его позиция была двусмысленной. Но даже двусмысленная позиция значительно отличалась от позиции Дугласа. И, надо добавить, неоднозначная позиция - это по определению позиция, в которой противоположные ценности вступают в конфликт друг с другом. Трудно поверить, что в случае Линкольна конфликтующие ценности были действительно одинаковой силы. В долгосрочном конфликте между глубоко укоренившимися убеждениями, с одной стороны, и привычками соответствовать культурным обычаям бирасового общества, с другой, силы притяжения были направлены в сторону равенства. При статическом анализе Линкольн был умеренным противником рабства и умеренным защитником расовой дискриминации. При динамическом анализе он придерживался концепции человечества, которая неумолимо влекла его в сторону свободы и равенства.
2 ноября 1858 года избиратели Иллинойса отдали около 125 000 голосов за республиканцев, 121 000 - за демократов Дугласа и
5 000 для демократов Бьюкенена. В результате голосования по законодательным округам было избрано сорок шесть законодателей-демократов и сорок один республиканец. Этот результат обеспечил Дугласу переизбрание в законодательном органе. Поскольку республиканцы не получили мест в законодательном органе пропорционально количеству голосов, отданных за них, некоторые историки предположили, что Линкольн проиграл из-за отсутствия действительно пропорционального представительства. Однако это не так. Тринадцать сенаторов штата остались на прежних местах после предыдущих выборов, и восемь из них были демократами. Если бы республиканцы получили места в законодательных органах точно пропорционально количеству голосов избирателей (сорок четыре республиканца против сорока трех демократов), эти оставшиеся в штате депутаты все равно обеспечили бы Дугласу победу.70
Поражение Линкольна стало также поражением Джеймса Бьюкенена и постоянных членов Демократической партии. Выиграв еще один срок в Сенате, Дуглас укрепил свое лидерство среди северных демократов, что позволило ему в 1860 году сделать высшую ставку на контроль над партией.
Линкольн добился своего рода успеха, не позволив Дугласу свести антирабовладельческие силы к оппортунистической поддержке народного суверенитета, который действовал против рабства в Канзасе, но по своей сути вовсе не был антирабовладельческим. Линкольн продемонстрировал свой собственный авторитет в качестве антирабовладельческого лидера и предоставил части американской общественности возможность всестороннего обсуждения реальных проблем рабства в американском обществе - такого обсуждения, какого не давали все моралисты в крестовом походе за отмену рабства и все конституционные юристы в политике. Но, возможно, это не было для него большим утешением, поскольку он оставался проигравшим кандидатом, который не занимал государственную должность в течение десяти долгих лет.
1
См. выше, с. 321-322.
2
Дуглас намеренно воздерживался от публичного высказывания мнения о рабстве, поскольку, по его словам, "я считаю, что в соответствии с Конституцией Соединенных Штатов каждый штат Союза имеет право поступать по своему усмотрению в вопросе рабства. В Иллинойсе мы воспользовались этим суверенным правом, запретив рабство. ... Я одобряю эту линию политики. . . . Мы зашли настолько далеко, насколько имеем право зайти по Конституции. ... Не наше дело, существует ли рабство в Миссури. . . . Поэтому я не хочу тратить отведенное мне время на обсуждение вопроса, по которому мы не имеем права действовать. . . ." Речь в Куинси, 13 октября 1858 года, в Roy P. Basler (ed.), The Collected Works of Abraham Lincoln (8 vols., New Brunswick, N.J., 1953), III, 266-267.
3