Гермиона оглядывалась кругом, осматривая красивые и не очень памятники и могильные плиты, украдкой посмотрев на красивую женщину, выгравированную на том надгробии, у которого на коленях стояла Кэтрин. Она никогда не видела живую Розалину, только ее изображения на рисунках и фотографиях. Но красотой и ангельской улыбкой этой женщины она восхищалась всегда… Гермиона украдкой посмотрела на Кэтти, словно отрешившуюся на мгновение от реальности, полными слез глазами смотревшую на изображение матери. Губы девушки что-то шептали… Гарри задумчиво стоял у большой плиты, под которой нашли последний приют его родители.
- Как думаешь, - поднявшись с колен, Кэтрин подошла к брату и обняла его за плечи. Гермиона встала рядом, понимая, что сообщать им об одной своей находке сейчас не лучший момент. Для нее это было обычное место, но для них прийти сюда стоило больших моральных усилий. Особенно для Кэт. Это было место, где осталось их детство. Место, где погибли их близкие… Место, где они были погребены… - Они нас сейчас видят?
- Думаю, да, - Гарри не сводил глаз с выбитых на плите имен своих матери и отца. – Знаешь, - он вздохнул. – Я сейчас понял, что я почти не помню, какими они были. Помню, что с папой всегда было очень весело, помню, как мама улыбалась, - его голос дрогнул. – Помню, что тетя Роззи была очень добрая и очень сильно меня любила… Я не могу вспомнить даже ни одно Рождество с ними! – он с болью в голосе махнул рукой, сжатой в кулак. На глазах блеснули слезы. Гермиона сочувствующе погладила его по плечу. – Ненавижу ее!
- Знаешь, - Кэтрин пригладила его макушку. – Если бы я тогда не увиделась с мамой там, за Аркой… Я забыла, как звучит ее голос. Голос, в котором нет боли, - призналась она, всхлипнув. И, подняв голову в звездному небу, прошептала: - Вы говорили, что всегда с нами. Если вы слышите… С Рождеством!
- С Рождеством! – прошептали Гарри и Гермиона, подняв глаза в звездное небо вместе с ней. Все трое в этот миг хотели одного – чтобы закончилось то, что так долго отравляет их жизнь. Просто вернуться домой… Кэтрин помимо этого в глубине души, вспомнив о возможностях Диадемы, подумала о том, что, возможно, те трое, о ком они так тоскуют, вернутся к ним… Вернутся, чтобы остаться…
И незримо для них три смутных, прозрачных фигуры, стоявших за их спинами, прошептали в ответ слова, которые дети не могли услышать…
- С Рождеством, дорогие… - снежинка упала с неба в подставленную ладонь Кэтрин. На губах девушки показалась слабая улыбка.
- Они тоже поздравили нас, Гарри, - прошептала она. – Ну что, идем туда? – ее голос предательски дрогнул, девушка нервно сглотнула. – Или к Батильде?…
Комментарий к Рождественская ночь (от третьего лица)
(1) По румынскому обычаю в рождественскую ночь под скатертью оставляют пшеницу, что должно принести хороший урожай.
(2) “Борщок с ушками” - кисловатый свекольный бульон, вместе с которым едят «ушки» — маленькие пельмени с грибной или капустной начинкой. Традиционное польское рождественское блюдо.
(3) В Германии принято на Рождество дарить клевер в горшочках, как символ счастья.
(4) Куплет из английской песни “Scarborough Fair” (Ярмарка в Скарборо).
========== Годрикова Впадина (Кэтрин, третье лицо) ==========
Комментарий к Годрикова Впадина (Кэтрин, третье лицо)
Я помню, когда в каноне погибли Джеймс и Лили, и если у меня стоит другая дата - значит, Автору для сюжета так надо…
Кэтрин
- Ну что, идем? – я еще раз оглянулась на могилы наших с Гарри родителей и сглотнула подступивший к горлу комок. Гермиона подошла к нам, по пути осмотрев какую-то плиту чуть более внимательно. Я заметила, что ее взгляд стал лихорадочным, словно она обнаружила что-то интересное и теперь ей хотелось нам об этом сообщить. Прошлым вечером Герми предположила, что здесь может быть и пропавший меч, а еще ребята вдруг заметили, что символ, нарисованный в «Сказках» Гермионы – знак Грин-де-Вальда. Я при ближайшем рассмотрении и после долгих рассуждений и воспоминаний с ними согласилась. Таким образом у нас появились странные намеки и вроде бы ниточки, за которые можно было попробовать ухватиться…
Гарри рвался в Годрикову Впадину с того самого момента, как нам в голову пришла эта идея, но и я, и Гермиона прекрасно понимали, что это может быть слишком рискованно и некоторое время они тренировались трансгрессировать под Мантией-невидимкой Гарри вдвоем. Меня это касалось меньше, поскольку я прекрасно могла бы перенестись к нему по браслету и именно это и собиралась сделать. Кроме того, мы украли волосы трех маглов, делавших покупки к Рождеству, чтобы воспользоваться Оборотным Зельем. У нас его было совсем мало, теперь уже мои запасы, но рисковать и идти под своим обликом было опасно. Справедливости ради нужно сказать, что эта идея принадлежала Гермионе. Однако я решила принять зелье уже на месте – у нас было его для этого похода на два приема, на два часа, и я не хотела терять из них ни одной драгоценной минуты.