Откуда ему было знать, что Пий Тикнесс в числе первых своих распоряжений на посту заместителя министра приказал прекратить автоматическую отправку в Хогвартс копий всех законодательных изменений, кроме исключительно новых постановлений, вроде того же распоряжения о регистрации общественных формирований. Любой желающий мог с ними ознакомиться, почитав специальный бюллетень, выпускаемый Министерством. Но ведь у Дамблдора ранее не возникала необходимость в изучении этого издания, раз уж на его стол регулярно ложились копии самих законов, приказов и всяческих дополнений к ним. А вот портреты знали и об этом, и о многом другом, творившемся за пределами директорского кабинета. Они не могли разговаривать и уйти со своих картин – Дамблдор постарался, зачаровав их холсты вскоре после своего назначения на должность. Но зато к ним могли наведаться в гости некоторые бывшие знакомые, любившие поболтать, которых не смущало молчание оппонентов. Правда, те никогда не рисковали обнаружить свое присутствие при Альбусе, опасаясь быть пойманными в магическую ловушку, как и бывшие директора школы. В связи с этим и высказанная мысль Дамблдора поставить Поттера перед фактом, что он обязан присоединиться к нему под знаменами Ордена Феникса, казалась портретам как минимум бесперспективной, что они и выразили легкой насмешкой и злорадством в ответных взглядах самолюбивому Альбусу.
***
Барти Крауч был недоволен тем, что откладывались действия по вербовке в свои союзники подружки Поттера. Его люди, регулярно наведывавшиеся к коттеджу Грейнджеров, адрес которого оказалось не так уж и сложно узнать, уже третий день подряд докладывали, что вся семья куда-то уехала буквально через несколько часов после того, как Гермиона прибыла домой на каникулы. К тому же настораживал тот факт, что и старшие Грейнджеры перед ее возвращением также, похоже, где-то гостили. В принципе, торопиться не было необходимости, но все же нарушение планов раздражало. Оставалась надежда, что к Рождеству или на крайний случай к Новому году Грейнджеры вернутся домой.
Еще и Дамблдор прислал письмо с категоричным требованием совершить что-нибудь слегка кровавое во время праздников. Барти, конечно, был не против пошуметь и напомнить о требованиях Упивающихся, однако сейчас его одолевали сомнения. С одной стороны, он жаждал наконец-то поставить на место этих волшебников – непроходимых тупиц, покорно склонивших голову перед произволом Министерства. Но с другой – ему не хотелось подпортить игру ортодоксов, открыто заявивших о себе. Барти был уверен, что те не станут сидеть спокойно, но у него не имелось своих людей в Министерстве, чтобы узнать об их планах и действиях. А идти к старым соратникам на поклон он опасался, вполне обоснованно предполагая, что его могут не понять: организованное насилие ранее считалось табу среди их сторонников. Да и не хотелось потерять имя «Волдеморт», с которым он уже сросся, как со своим собственным, настолько, что порой с трудом вспоминал, откуда оно у него взялось. Вдруг кто-то увидит в подобном кощунство и усомнится в его праве так называться.
Все это заставляло Барти нервничать, что сразу же сказывалось на его поведении – он искал, на ком бы ему сорвать злость, чтобы тем самым вернуть себе хотя бы видимость благополучия в жизни. В последнее время Барти не был уверен даже в преданности Питера и в искренности чувств Регулуса. Он гнал от себя сомнения, однако они с упорством, достойным лучшего применения, все чаще и чаще возвращались, отравляя его существование ядом недоверия и постепенно сводя с ума.
***
Первая книга, которую Гарри начал штудировать по просьбе Тома, оказалась подборкой обрядов, призванных обеспечить общине волшебников процветание. Здесь были представлены и брачные, и повивальные, и погребальные ритуалы, а также помогавшие регулировать погоду, вызывая дожди или, напротив, прекращая ливни. В книге описывалось, как с помощью обрядовой магии достичь успехов в ухаживании за понравившейся девушкой или завлечь парня, а на следующей странице можно было прочесть о том, как наложить порчу на соседнее поселение, изводя в нем весь домашний скот. Обряды плодородия и ритуалы кровной мести одинаково признавались полезными и необходимыми для нормальной и полноценной жизни магов.
Большое внимание в некоторых старых обрядах уделялось объединению магических сил и способностей, когда ритуал проводил один человек, а остальные являлись лишь источником магической подпитки. Не последняя роль при этом отводилась сексуальной энергии. Гарри было очень любопытно читать о подобном. В некоторых случаях описания оказывались весьма подробными вплоть до указания, в каком именно положении обязаны совокупляться партнеры по ритуалу, должны ли они при этом произносить какие-либо магические словесные формулы или достаточно лишь их искреннего желания подарить свою энергию проводившему обряд.
