Дамблдор привычно окинул Большой зал цепким взглядом, тем временем тщательно разрезая на кусочки хорошо прожаренный бифштекс и попутно размышляя о том, как лучше расправиться с Грюмом. Можно было просто сдать его Барти, намекнув, что в провале операции по захвату Азкабана все же виновен, скорее всего, Аластор. На этом умыть руки и забыть о бравом авроре мистере Грюме. Барти изыскал бы способ достать его и уничтожить, как бы тот ни скрывался. Да и выглядело бы это весьма правдоподобно – Упивающиеся Смертью решили убрать одного из ведущих сотрудников Аврората. Почему бы и нет? Однако Альбусу хотелось, чтобы Аластор перед смертью отчетливо понял, что не стоило ему отворачиваться от Ордена Феникса. Предателей никто не прощает. Уйти от сотрудничества и остаться безнаказанным ему не удастся. Только вот Альбус все никак не мог придумать – как подставить Грюма таким образом, чтобы никто, кроме самого «приговоренного», не связал его смерть с Дамблдором.
Обед был в самом разгаре, когда в зал, привлекая к себе внимание, влетела сова. Студентам крылатые почтальоны приносили почту немного позже – уже почти по окончании приема пищи. Это означало, что корреспонденция предназначалась кому-то из профессорского состава. Дамблдор вместе со всеми заинтересованно проследил за серой сипухой, к лапе которой был привязан свернутый в трубочку пергамент. Покружив для приличия под высоким сводом, сова опустилась на стол рядом с Дамблдором и важно протянула ему лапу – свиток красовался легко узнаваемой печатью Гринготтса. Казалось, что птица преисполнена гордости за оказанную ей честь – позволение доставлять почту этого уважаемого банка.
Альбус был удивлен и заинтригован – он исключительно редко получал почту в Большом зале, совы предпочитали приносить ее к нему в кабинет. А уж из Гринготтса он и подавно ничего не ожидал – после истории с Армией Фоукса Попечительский совет сам решал все финансовые вопросы Хогвартса с банком. Так что можно было предположить, что письмо скорее касалось персонального дела, а не школьного. Дамблдор аккуратно отвязал послание и бросил сове кусочек бифштекса, угощая ее. Однако в ответ был удостоен хриплого вскрика, похожего то ли на возмущение, то ли на презрение оскорбленной чем-то птицы, и пары перьев, спланировавших к нему на тарелку, когда капризный почтальон взмыл к потолку – туда, где находились окошки для сов.
Проводив странную сипуху взглядом, Дамблдор решил, не откладывая, узнать, что ему прислали гоблины. Пробежав взглядом по перечислению всех своих имен и титулов статуса в магическом мире – как официально действующих, так и почетных – Альбус наконец добрался до пары строк собственно самого сообщения, гласившего:
«Вы приглашаетесь в банк Гринготтс в удобное для Вас время для решения вопроса о родовом имуществе».
И все. Больше никаких объяснений или расшифровок. Сунув пергамент в карман, Альбус задумался – какое имущество, какого рода? Подозревать, что письмо попало к нему по недоразумению, не было ни малейших причин – его имя написано с тщательным упоминанием всех знаков отличия. Аппетит как-то сам собой пропал – хотелось разгадать загадку, таившуюся в коротких строках, присланных банком магического мира.
Вернувшись в директорский кабинет, Альбуса вдруг осенило: «Наследство… Точно! – сердце радостно забилось – еще ни один род не признавал Альбуса своим наследником, поэтому подобная мысль грела душу. Дамблдоры являлись довольно молодой побочной ветвью древнего чистокровного рода Фоули. Но неразборчивость последних поколений в выборе спутников жизни значительно повредила чистоте крови и отдалила их от элиты магического мира, за что Альбус всем сердцем ненавидел своих предков. – Возможно, мне причитается какое-то наследство, и гоблины, перед тем как положить его в мое хранилище, решили отчитаться по всей форме. А может, там есть что-то такое, что требует моего особого внимания или распоряжения?» Сейф у Альбуса в Гринготтсе имелся – не то чтобы битком набитый золотыми галлеонами и волшебными сокровищами, но кое-что интересное и дорогое там все же водилось. Правда, мало что было честно приобретено в колдовских лавках: некоторые вещи попадали к Альбусу после хитрого манипулирования действиями глупых магов, по своей воле расстававшихся с редкими книгами и артефактами, а кое-какие ценности и вовсе были прихвачены из разоренных домов врагов Ордена Феникса.
Вспомнив о содержимом своего гринготтского хранилища, Альбус засомневался: а вдруг наоборот – это кто-то из ушлых наследников узнал, что у Дамблдора припрятана принадлежавшая тому роду вещица, и ему, Альбусу, придется выслушивать претензии по поводу правомерности ее присвоения? Например, зеркало Еиналеж когда-то попало к нему в качестве трофея во время очередного инсценированного набега якобы Упивающихся Смертью. Альбус не помнил наверняка, остался ли в тот раз кто-то в живых из семьи, подвергшейся наказанию за нежелание поддержать его идеи, чтобы теперь претендовать на артефакт.
