– Если вы, уважаемый Глазоварс, считаете, что они идентичны, то примем замену. Возможно, профессор Дамблдор просто перепутал, кому из знакомых волшебников какую иглу давал, – Гарри ситуация не понравилась, ведь это могло значить, что Дамблдор еще кого-то держал под воздействием подчиняющего артефакта.
– Хорошо, мистер Поттер, я все оформлю должным образом, – пообещал управляющий. – А как быть с волшебной бусиной? Она тоже никогда не хранилась в Гринготтсе. И, похоже, свойства у нее иные, чем были у той, которую много лет назад взяли вы, мистер Дамблдор.
– С чего вы так решили? Вы не артефактор, чтобы делать такие выводы, – Альбус был возмущен тем, с каким подозрением смотрел на него гоблин.
– Разрешите? – Гарри снял бусину с ленты, покатал ее между пальцами, рассматривая рисунок, нанесенный тонкими белыми штрихами на ее голубой поверхности. Затем взмахнул палочкой, для виду творя чары диагностики – ему это не требовалось, дар уже позволил увидеть все, что нужно. Не то чтобы Гарри был таким уж специалистом, однако опознать в плетении элементы знакомых чар он смог без труда. – У бусины, которую вы изъяли из моего сейфа, должна быть очень тонкая настройка, потому что, согласно описанию, она действует исключительно избирательно – блокирует пророческий дар, если он имеется у волшебника. Во всем остальном она абсолютно безопасна. А вот эту, – Гарри положил крохотный каменный шарик перед Дамблдором, – я не советовал бы вам держать долго в руках, если не хотите приобрести стойкую рассеянность внимания, словно на вас воздействует слабенький Конфундус.
– Это та бусина, которую я брал здесь. Другой у меня нет. Не знаю, что ты там обнаружил, – Дамблдор насмешливо скривил губы, выказывая сомнение в способностях Гарри, – но ты ошибся.
– Профессор Дамблдор, чтобы убедить вас в своей компетенции, я могу назначить комиссию специалистов, – Гарри криво усмехнулся. – Так что – выясним?
– Такая проверка будет стоить дороже, чем сам артефакт. Гарри, тебе не жаль денег? – Дамблдор понял, что попал в западню – Поттер слишком четко описал действие этой мордредовой бусины.
– Для установления истины мне ничего не жалко, – заявление прозвучало весьма неоднозначно, однако Дамблдор, похоже, не обратил на это внимания, прикидывая, как ему выкрутиться из положения.
– Скорее всего, мы с компаньоном, когда исследовали набор аналогичных бусин, перепутали что-то. Я мог случайно взять не ту, хотя был уверен… – Альбус развел руками. Он и сам чувствовал, что объяснение выглядит неправдоподобно, но старался не выдать своего состояния – досада и раздражение все сильнее оказывали на него влияние.
– Вы сумеете в течение двух дней организовать встречу с этим своим компаньоном, чтобы вернуть имущество Поттеров? – Глазоварс прекрасно догадывался, что это невозможно, но обязан был вести дело по правилам.
– Нет, не думаю. Это был ученый из Франции. Гарри, может, ты согласишься на замену? – Дамблдору было противно просить, но ситуация подталкивала именно к такому ходу.
– Нет. Мне не нужны чужие артефакты, – Поттер покачал головой. – Тем более с такими свойствами.
– Значит, у меня нет иного выхода, как компенсировать стоимость, – Альбус бросил бусину в карман, даже не озаботившись нанизать ее на ленту для гарантии от случайной потери.
Глазоварс слегка наклонил голову, показывая, что понял, и быстро заскользил пером по пергаменту. Через минуту-другую он отложил свои подсчеты и открыл одну из папок. Достав оттуда несколько листов, сколотых вместе, он подал их Дамблдору со словами:
– Будьте добры, ознакомьтесь. Это выводы финансовой комиссии Гринготтса по поводу ваших распоряжений относительно вложений капитала рода, сделанных вами в то время, когда вы являлись гражданским опекуном несовершеннолетнего наследника – мистера Гарри Поттера. А это, – он протянул еще пару листов, – свидетельство того, что со счета в течение более десяти лет вами брались средства якобы на содержание подопечного, однако по назначению не использовались. Маггловские родственники мистера Поттера не получали этих денег.
– Как это не получали? Я им регулярно лично передавал их. Да – у меня нет квитанций, но я вас заверяю, что не присваивал денег сироты. У меня, слава Мерлину, есть доход, достаточный для ведения скромного образа жизни, приличествующего педагогу с более чем полувековым стажем, – Дамблдор злобно уставился на гоблина, стараясь не отвести от него взгляда, по сути, предназначенного Поттеру. Зная, что Дурсли сгорели, Альбус не слишком переживал, что его ложь раскроется.
– Мистер Дамблдор, вы согласитесь с выводами гринготтских следователей или хотите опротестовать их в суде? – Глазоварс выглядел непробиваемым. Их банк предпочитал не связываться с Визенгамотом, но прецеденты все же существовали, когда приходилось разбираться с особо упрямыми клиентами. – Однако я должен вас предупредить – у нас имеются письменные свидетельства мистера и миссис Дурсль, заверенные по всем правилам нашим сотрудником, ведущим дела с магглами.
