В завязавшейся полемике между Шайнером и Галилеем по поводу солнечных пятен некоторые астрономы-иезуиты, как, например, отец Гринбергер, склонялись на сторону тосканца, но высказать открыто свои взгляды не могли. «Хотя он [Гринбергер], – читаем в одном из писем Галилею, – знает, что Апеллес1445 – иезуит, однако все более соглашается с Вами, а не с Апеллесом <…>. Но как дитя послушания, не осмеливается сказать то, что думает»1446.
Можно привести немало примеров, когда ученые клирики из числа иезуитов не могли откровенно высказывать свои мнения по натурфилософским вопросам, если эти мнения расходились со взглядами Аристотеля1447. Запреты Аквавивы, повлекшие за собой резкое ужесточение цензурного надзора, стали главным препятствием развития науки учеными ордена Иисуса именно в тот период, когда многие из них начали выходить за рамки перипатетической натурфилософии. Среди этих натурфилософов-иезуитов был и Шайнер. Об открытом нарушении предписаний генерала ордена не могло быть и речи. Тогда Шайнер, воспользовавшись советом «старших товарищей», решил придерживаться иной стратегии.
Мои начальники, – вспоминал он впоследствии, – были того мнения, что я должен продвигаться вперед осторожно и не торопясь, пока эти явления не подтвердят другие, кои приведут те же доказательства. Мне советовали не отклоняться от общего пути философов, не имея к тому веских оснований, и не публиковать моих наблюдений <…> под моим собственным именем1448.
Но сколь бы напряженными ни были отношения между Шайнером и Галилеем, вряд ли первый приложил все силы, чтобы спровоцировать инквизиционный процесс над последним. Сомнения возникают по многим причинам. Так, например, в 1996 году М. Горман опубликовал статью, в которой сообщил, что нашел в римской
Если в двух других отзывах на этот трактат, принадлежавших Джованни Баттисте Росси и Джованни Ро, указывалось, что в тексте Инхофера «
Что касается цитированного выше фрагмента из письма Пейреска Гассенди (начало сентября 1633 года), то следует отметить, что Пейреск получал информацию о позиции Шайнера из косвенных источников – от Гассенди и Кирхера, которые делились с Пейреском своими мнениями, составленными на основе писем к ним самого Шайнера. Между тем в письме Гассенди от 16 июля 1633 года Шайнер писал: «Я защищался во второй раз от Галилея1452, узурпатора моих открытий. Я изумлен тем бесстыдством, с которым этот человек решился навлечь на себя такой позор. Когда-нибудь вы убедитесь [в этом] и так же будете изумлены после того, как прочтете мою защиту»1453. В письме же Кирхеру, также от 16 июля 1633 года, Шайнер сообщает – не без чувства удовлетворения – о процессе над Галилеем и о приговоре (соответствующий фрагмент я процитировал выше). Но из этих писем следует только то, что иезуит был настроен против Галилея, причем его главная претензия к последнему носила явно приоритетный (и отчасти справедливый) характер, а также что он (Шайнер) полностью удовлетворен результатами процесса. Но из написанного Шайнером никак не следует, что сам процесс над Галилеем был результатом его интриг.
