Она кивнула, закусив губу. Надо же, взгляд совсем поплывший! Аркадий чувствовал, что его собственное зрение тоже фокусируется с трудом (и в фокусе почему-то все время оказывается грудь его жены), а губы сами собой расплываются в счастливой, может быть даже глуповатой ухмылке. Ха! Неожиданный бонус! Аркадий был морально готов к тому, что их первые физические контакты будут сопряжены с разного рода неловкостью. Но все оказалось наоборот так легко… По крайней мере, пока. Он просто делал то, что ему хотелось, а она внезапно отвечала так, будто этого хотелось и ей тоже!
Если судить по тому, что он читал, обычно так не бывает.
Как же ему невероятно с ней повезло!
Главное теперь — не сорвать с нее одежду прямо здесь, в прихожей, и не взять жестко, прижав к стене; а такая фантазия пронеслась у него в голове. Это уже будет слишком и вряд ли понравится девушке в ее первый раз! Отложим, как вероятный сценарий на будущее.
— Ты есть-то хочешь? — спросил он.
Леонида будто его не услышала. Положив руки ему на щеки, она наклонилась и буквально впилась в его рот сама, прикусывая губы острыми зубками. Так, ясно. Отлично. Потому что Аркадий, честно говоря, сам не был уверен, что сможет спокойно сидеть за столом и есть — после такой-то встречи!
Разве что если разложит на этом столе саму Леониду…
Ладно, еще один сценарий на будущее.
Отлично, когда будущее есть.
Тем временем, пусть он пока не торопился касаться ее груди, у его рук были собственные идеи. Они словно бы независимо от головы осознали, что держат Леониду за стратегические места, и начали эти места поглаживать. Без всякого протеста со стороны их обладательницы! А что если…
Одной руки на такой смешной вес, как у его супруги, совершенно достаточно. Вторая скользнула под край сиреневого свитера, вверх по тонкой ткани футболки или кофточки, что там у нее… Нащупала упругий холмик, который неожиданно наполнил его ладонь целиком — ого, а ему-то казалось, что грудь у нее намного меньше его рук… Видимо, это смотря как взяться.
Опять ни малейшего протеста, наоборот, Леонида застонала ему в рот, а в его ладонь ткнулся затвердевший сосок. Как своевременно… Аркадий начал ласкать его пальцами сквозь два слоя ткани, чувствуя, как задрожали губы Леониды на его губах, каким сбивчивым стало ее дыхание. Вдруг она разорвала поцелуй и длинно, протяжно застонала.
Хм, а если так…
Он сжал ее грудь чуть посильнее, одновременно подкручивая сосок. Леонида вдруг ахнула, закусила нижнюю губу, схватилась за край собственного свитера и потянула его наверх. А вместе со свитером — сразу кофточку. Потом так же торопливо расстегнула и сбросила лифчик. Ого!
Да, в таком виде это зрелище нравилось ему еще больше! И если это не карт-бланш, то что?
Аркадий сделал то, что давно хотел: приник к ее груди губами. М-м, даже лучше, чем ему представлялось! Играл бы и играл языком, чувствуя, как твердеет сосок до каменной твердости, как дрожит под пальцами ее тело. А теперь повторить с другой стороны…
— Стой, стой! — вдруг услышал он.
Аркадий немедленно остановился, отпустил грудь жены, поднял на Леониду глаза. Нет, лицо все еще расслабленное, раскрасневшееся, не похоже, что он заигрался и сделал ей больно.
— У меня… Голова кружится, — сказала она. — В-высоко…
— По-моему, у тебя голова кружится не от этого, — сказал он, не сдерживая некоторого самодовольства в голосе.
— Ну допустим… Пойдем в кровать?
— Очень своевременное предложение.
Точно, не зря менял постельное белье! Как бы они сейчас успели?
Отрадно видеть, что его прогностические навыки уже начинают работать в семейной жизни!
…Вытянуться на кровати друг рядом, полностью обнаженными, радоваться телам друг друга, упиваться нежностью — все же это оказалось совсем иначе, чем он… нет, не представлял даже, а лишь мельком думал прежде. Разве он мог представить, как ощущаются ее маленькие ладошки на его груди, спине, бедра? Как меняется от возбуждения ее запах, становясь тяжелым, кружащим голову. Разве возможно было предсказать, какая она на ощупь — мягкая, сладкая… Влажная в средоточии женственности, соленая и требовательная на губах и языке.
Он хотел попробовать ее на вкус, попробовать везде, не откладывая на завтра или на послезавтра — нет момента лучше, чем сейчас, и никогда не будет! — но вновь услышал ее горячечное «стой, стой!»
Что ж, в прошлый раз у нее была отличная идея, нужно послушать ее снова, хотя руки сами тянутся делать совсем другое.
— Я… Хочу тебя, — шепнула Леонида, почему-то смущаясь. — Можешь просто лечь? Я сама все сделаю. Мне кажется, при твоих габаритах иначе не выйдет.
Аркадий кивнул. По сравнению с ним она и правда крошечная. Если попробовать взять ее в миссионерской позе… Нет, лучше не стоит. Аркадий был уверен, что сумеет не раздавить жену, но ей наверняка будет неудобно, и физически и, самое главное, психологически. Для начала — Леонида права — пусть будет сверху. А попробовать ее на вкус он сможет и после.
