Сознание Жаннет, доселе блуждавшее в пузырях кастанедовских восприятий, точно паутина на ветру, балансировало на грани миров еще мгновение. Затем, порвав ее тонкую ткань, Жаннет опустилась в свою телесную оболочку, в мир твердой материи и несбыточных иллюзий.
Приятная истома, сопровождаемая ленивым потягиванием, разливалась сладким ядом по телу, а оно подниматься с кровати не торопилось.
Усилием воли креолка распахнула тяжелые веки и уставилась в произвольную точку на стене. Первым ее разочарованием было осознание того, что сон – яркий и цветной – позабыт. Вторым разочарованием стало понимание неизбежности проблем настоящего времени. Смерть Андре, загадочное исчезновение диска, происшествие в библиотеке.
Женская логика не стремилась выстроить все эти события в связующее звено и рассматривала их как отдельно взятые элементы, не имеющие точек соприкосновения. Только в каждом из них она все же нашла один общий знаменатель – тайну.
И она откроет ее, не позволит ключам секретных замков заржаветь и покрыться патиной. Ведь никто и ничто не уходит в прошлое, не оставив следов в настоящем.
Распластав на подушке руки, Жаннет всматривалась в черную точку на стене, постепенно погружая в нее душевную боль и отчаяние.
Возникший из глубин ее памяти образ Андре заволокло нахлынувшими слезами, черная точка расплылась, растворяя в себе его улыбчивые черты, спокойный уверенный голос и терпкий запах кубинских сигар.
Жаннет была готова расплакаться, но словно оберег до ее внутреннего слуха донеслись незатейливые и мудрые слова Андре:
– Когда тебе плохо – улыбайся, если ты слаб – улыбайся, а поселившемуся в душе страху смело взгляни в глаза и…
Жаннет вытерла слезы, и уголки ее рта приподнялись, обозначая на щеках ямочки.
– Улыбайся!
Она опустила на выпуклый живот руку и мысленно поздоровалась:
Жаннет понимала, что теперь не имеет права быть слабой. Ей придется одной воспитывать своего малыша, и уж лучше он станет крепким как стальной прут, нежели изнеженным теплом материнских ласк.
В глубоких размышлениях она покинула теплую постель и прошла в ванную комнату. Душ, контрастный и упругий, смыл с Жаннет остатки лености и сна, наполнил свежестью и жизнью.
Махровое полотенце, фен, расческа и макияжный набор в последующие полчаса сменялись один за другим.
Жаннет подошла к висящему в полный рост спальному зеркалу. На женщине, отразившейся там, был строгий деловой костюм. Уложенные на затылке волосы открывали высокий красивый лоб. Сосредоточенные, ясные глаза излучали решимость. Боевой раскраски ровно столько, чтобы подчеркнуть природную красоту и не выглядеть крестьянкой.
Молодая креолка дотронулась кончиком еще не высохшего ноготка до зеркала, точно убеждаясь, по ту ли его сторону она находится. Отражение в точности повторило все ее действия. Жаннет нарисовала на губах своего второго «я» смешливую рожицу и строго произнесла:
– И ты улыбайся. Я выхожу на тропу войны, и мне понадобится твоя помощь.
Мгновением позже она развернулась в сторону прикроватного столика с телефоном.
Ее же отражение, с зависшим у поверхности зеркала пальцем, улыбнулось и, моргнув в знак согласия, вошло в ритм реального времени, воспроизведя в точности движения Жаннет.
Жаннет листала телефонную книгу, тут же на кровати по правую руку от нее стоял перекочевавший со столика телефон.
Жаннет перевернула еще несколько страниц, пока ее взгляд не остановился на жирной, заключенной в рамку, строке.
Частное агентство «Голубой коралл»
