Ускорение придало этим ударом скорость, намного превышающей скорость пули… и когда оно закончилось, а я почувствовала себя совершенно разбитой и обессиленной, крысятница уже падала бездыханно у самых моих ног. И хорошо, что рядом никакой больше хищной твари не оказалось, ибо в это время я даже штуцер не смогла бы вскинуть, не то, чтобы из него выстрелить.
Потом силы постепенно восстановились и я, подобрав штуцер, быстренько заковыляла прочь, опираясь, одновременно, и на штуцер, и на искривленную эту палку, которая меня так выручила. Чтобы только подальше от этой зловонной туши оказаться, пока тушканы запаха смерти не учуяли и возле неё не появились. Вот от них-то ни штуцер не в силах помочь, ни ускорение. Нападают скопом, со всех сторон сразу, а в штуцере всего два патрона, да и ускорение быстро проходит, оставляя после себя слабость неимоверную…
Промелькнула, правда, мысль, что печень и, тем более, желчь крысятницы смогут лодыжке моей хоть каким-то образом помочь… промелькнула, и тут же пропала. Во-первых, хлопотное это дело и нескорое, крысятницу свежевать. Особенно, с непривычки, не имея никаких к этому навыков…
Ну, а во-вторых…
Во-вторых, у меня даже ножа с собой не имеется, чтобы брюхо крысятнице вспороть и печень из неё потом извлечь! Да и поможет ли она мне, вот в чём вопрос? Не рана ведь на ноге открытая, внутреннее какое-то повреждение…
Удачная схватка с крысятницей словно придала мне некие дополнительные силы. Во всяком случае, почти километр я смогла проковылять, прежде чем свалилась почти без чувств на какой-то открытой возвышенности. Некоторое время просто лежала неподвижно, стараясь привести в норму дыхание, потом осторожно села и внимательно осмотрелась по сторонам.
И тут же заметила тушканов, которые, словно попрыгунчики, мелькали среди деревьев, постепенно приближаясь. Тушканы несомненно учуяли мой запах, и хоть было их пока не слишком много (около десятка), я не обольщалась. Скоро их количество до сотни возрастёт, а то и до двух…
А потом я поняла, что медленная мучительная смерть от острых зубок тушканов мне не грозит, ибо с обратной стороны к возвышенности, на которой я в данный момент расположилась, уже приближались бульдожьи собаки, медленно, не спеша. Словно заранее уверены были, что добыча никуда от них не ускользнёт.
Собак было много, не менее пятидесяти, я никогда раньше не видела, чтобы они столь огромные скопища образовывали.
Пятьдесят бульдожьих собак, когда на меня и одной с лихвой хватило бы! Или, учитывая ускорение, двух…
А если штуцер сюда ещё добавить, то четырёх!
А тут их аж полсотни… чудовищное просто неравенство сил!
Я вдруг подумала, что раньше частенько в лесу с собаками этими сталкивалась, но никогда даже внимания на них не обращала. Просто тогда на мне был мой неуязвимый скафандр, сейчас же…
В это время несколько собак, значительно опередившие остальных, бросились в атаку. И тотчас же навстречу им два раза прогремел мой штуцер (чёрт, какая же у него отдача мощная!), и двое из нападавших свалились замертво. А остальные тут же приостановились, не от страха, скорее, от неожиданности.
К остановившимся псам подбежало ещё не менее десятка, потом они принялись осторожно обнюхивать убитых. Я уж было понадеялась, что сейчас они начнут их пожирать и этим дадут мне хоть какую-то передышку (хотя, что толку мне в этой передышке!), но вовремя вспомнила, что бульдожьи собаки никогда подобным делом не занимаются, в отличие от большинства прочих лесных тварей.
И это действительно было так. Тявкая, словно переговариваясь, собаки вновь бросились в атаку, все сразу, и я, даже не пытаясь ускориться, просто зажмурила глаза и сжалась вся в ожидании острых собачьих клыков, безжалостно разрывающих на куски моё беззащитное тело.
И тут прямо над своей головой я услышала такой знакомый посвист стрел: одной, второй, третьей… А когда вновь открыла глаза, смогла рассмотреть множество крыс, завязавших сейчас с бульдожьими собаками яростную схватку.
Бульдожьи собаки – ловкие бойцы, сильные и бесстрашные. Но крысы, которые сейчас с ними сражались, столь мастерски владели копьями, что каждый удар их копья поражал собаку насмерть. Скорее всего, дело тут было не только в индивидуальном мастерстве крыс, но и в яде, которым, по всей видимости, были смазаны наконечники крысиных копий.
И собаки не выдержали. Потеряв не менее половины своих сородичей, они дружно бросились наутёк, а из крыс, кажется, ни одной не погибло. И даже раненых среди них я как-то не рассмотрела.
Но что это за крысы такие и откуда они тут взялись? Может, это чудом выживший арьергард погибшей ранее крысиной армии, или, скорее, не арьергард даже, а разведывательный отряд? Просто шёл чуть в стороне от основных сил, потому и уцелеть смог.
Но почему они тогда на собак набросились, меня защищая? Или просто в живых решили оставить временно, дабы потом изощрёнными пытками над губительницей своего войска вдоволь насладиться?
