– Потому и брею, Повелительница, что почти все отказались, – с каким-то даже вызовом буркнул Корней. – Не люблю быть, как все!
И обернувшись в сторону кареты, стукнул кулаком по её деревянному верху.
– Вы там внутри ещё не уснули, храбрецы?! Лес кончился, пора за работу!
В Западный посёлок мы въехали, когда солнце уже начало постепенно клониться в сторону заката, поэтому обратно до темноты мы никак не успели бы до моей резиденции добраться, и хоть часть пути пришлось бы нам по ночному лесу ехать. Ну, а в темноте через лес ездят разве что полные идиоты или потенциальные самоубийцы.
Сама я, допустим, и ночью сквозь самые глухие и опасные лесные чащобы прошагать бы смогла в неуязвимом своём скафандре, но вот как со спутниками моими быть? Скорее всего, осталась бы я тогда и без спутников, и без лошадок этих зубастых… а сие в планы мои, естественно, никак не входило.
Да и вряд ли я смогла бы уговорить возничих (и Корнея тоже) ночью в путь этот самоубийственный тронуться, поэтому решила, что заночуем мы сегодня в поселении № 7. В Чёрной прорве, другими словами, ведь именно так поселение это ранее называлось (да и сейчас ещё многие так его именуют по старой привычке).
Но это после, а в данный момент мне предстояло ещё решить кое-какие неотложные дела в посёлке. Вернее, одно, но очень неотложное дело…
Западной посёлок я до этого времени ещё не посещала ни разу, но все без исключения посёлки Федерации строились, кажется, по единому плану и ориентироваться тут было довольно просто. Так что до центральной площади мы доехали без особых проблем.
А вот здания местной администрации в разных посёлках по-разному строили, а общее лишь то было, что все они возводились из красного кирпича и имели два полноценных этажа да ещё и небольшую пристройку сверху. Плюс пара (это, как минимум) этажей подземных, которых ранее мои уважаемые соплеменники боялись, как огня. А многие и сейчас ещё панически вздрагивают при одном лишь упоминании о подземных этих казематах…
Заходить внутрь здания я, естественно, не собиралась, просто приказала стоящим у входа стражникам вызвать ко мне всё поселковое начальство. Не попросила, а именно приказала, ибо сильно уж на взводе была.
Не совсем охотно, но стражники всё же повиновались. Вернее, один из них скрылся за металлической дверью, а второй даже с места не сдвинулся. Ну, правильно, пускай охраняет!
Стражника, который пошёл доложить, не было долго. Даже слишком долго. И когда он вновь появился, вид у него был довольно растерянный. Оно и понятно, ибо никто более из здания вслед за ним так и не вышел.
– Сказали, что заняты очень, – проговорил, вернее, пробормотал стражник, боязливо косясь на мой скафандр. – Выйдут, сказали, когда освободятся, а это не скоро ещё будет…
Вот даже как?!
Я вскинула правую руку и из пулемёта, прикреплённого к экзоскелету, дала короткую очередь по трём центральным окнам второго этажа. Именно там, по моим расчётам, должен был находиться кабинет самого влиятельного человека оного посёлка – инспектора службы безопасности. А может даже – старшего инспектора, ежели дослужиться успел до почётного сего звания…
Впрочем, стреляла я не с целью кого-то там угробить, прицел взяла такой, дабы одни лишь стёкла в здании пострадали. Но начальство поселковое намёк мой видно уяснило, потому, как и нескольких минут не прошло, как широко распахнулась парадная дверь и на крыльцо высыпало не менее десяти человек. Высыпало, остановилось, а один из них тут же шагнул вперёд – и я поняла, что это и есть инспектор. Был он довольно молодым и, скорее всего, звание «старшего» заслужить ещё не успел.
– Выражаю самый решительный протест, ибо ваши действия есть явное нарушение договора… – начал, было, инспектор, но я повелительным жестом приказала ему замолчать.
– А взятие в плен с последующим сокрытием трёх моих соплеменников, это не нарушение договора?
Наверное, господин инспектор ждал именно этого моего вопроса, потому как любезно и даже несколько снисходительно улыбнулся.
– Понимаю, откуда у вас такие сведения, Виктория! Но господин сенатор, от которого вы их получили, скорее всего, и сам был введён в заблуждение недобросовестной своей агентурой. Именно это, кстати, я и пытался втолковать ему и позавчера вечером, когда он к нам спешно наведался, и вчера утром, когда он уже покидать нас собирался. Тогда мне показалось, что господин Квентин внял голосу разума и понял своё заблуждение, но, увы, я ошибся. А он и вас в это дело вовлёк и заставил проделать столь долгое, утомительное и совершенно даже напрасное путешествие.
Проговорив это, господин инспектор замолчал и вторично одарил меня любезно-снисходительной улыбкой.
– Выходит, окна ваши зря пострадали? – спросил я, тоже любезно ему улыбнувшись, хоть внутри у меня всё клокотало.
– Выходит, что зря!
Тут инспектор вздохнул и развёл руками, а в толпе его подчинённых послышались облегчённые вздохи и некие невнятные перешёптывания.
