Сейчас же – как отрезало! Наверное, потому, что мой изменённый скафандром организм и алкоголь ядом почему-то считает и, по принятию внутрь, каким-то образом его сразу нейтрализовать пытается. Причём, довольно успешно…
А вот на Терезу вино подействовало. И почти мгновенно. А после третьего выпитого бокала глазки у девушки даже слегка осоловели. И тон её в обращении со мной куда более фамильярным сделался, что я, впрочем, даже поприветствовала. Мысленно, разумеется…
– Скажите, Повелительница, – проговорила вдруг Тереза и слышно было, как язычок у неё уже слегка заплетается, – эти трое пострадавших, что вы к нам доставили, они из тех чужаков?
– Из каких чужаков? – сделала вид, что не поняла я.
– Ну, из тех самых… – Тереза вдруг пьяно хихикнула. – Ну, которые к нам ранее приходили. Ночь одну провели, а потом ушли утречком. Незаметно, как они сами считали… вот дураки!..
Тереза вновь хихикнула и снова потянулась за бутылкой. На этот раз за той, которая с розоватым отливом, хоть и рубиновое вино ещё нами недопито было.
– Не торопись!
Я отняла у Терезы бутылку и вновь водрузила её на стол.
– Так ты говоришь, многие видели их, когда уходили?
– Не знаю, как многие, но некоторые видели! Я, к примеру…
– Вот даже как?
Некоторое время я смотрела на девушку, а она в это же время глаз не сводила с отнятой мною бутылки. Уж очень её хотелось земляничного винца попробовать…
Не жалко мне было вина, просто хотелось ещё кое о чём порасспросить Терезу. Особенно теперь, когда язычок у девушки уже развязался, но ещё заплетался не слишком сильно…
– А этих ты видела, которых мы привезли? Они точно из той компании?
Тереза задумалась на мгновение.
– Меня к ним не пустили, – почти жалобно проговорила она. – К ним только вашего этого пустили, Корнея…
– Да, кстати, а где он сейчас, не знаешь? – наконец-таки вспомнила и я о своём спутнике.
– Знаю! – Тереза вновь хихикнула, но тут же попыталась быть серьёзной (что, кстати, у неё не совсем получилось). – Его староста к себе увёл. Чтобы поужинать вместе.
«И заодно, выведать попытаться что-либо», – мысленно добавила я.
А впрочем, пускай выведывает! Может, и Корней у него тоже что-либо выведает, особенно по пьяной лавочке. И может потом со мной полученными этими сведениями поделиться соизволит?
А может и не соизволит! От Корнея всего можно ожидать…
– Не пустили меня к тем троим! – вновь жалобно проговорила Тереза и, осмелев, наконец-таки завладела заветной бутылкой. – А я просто… просто посмотреть хотела, там ли он…
– Он, это кто?
Я внимательно посмотрела на Терезу, но отбирать бутылку не стала. Пускай пьёт, не часто ей, видимо, такое счастье выпадает…
– Ну, тот, с которым я тогда ночь провела!
Проговорив это, Тереза неожиданно смутилась.
– Ты провела ночь с одним из чужаков?
В моём голосе не было, ни упрёка, ни, тем более, гнева, но Тереза вдруг страшно запаниковала. И, кажется, даже протрезвела немножечко…
– Простите меня, Повелительница! Я не хотела сама… просто так получилось…
– Всё нормально, Тереза! – попыталась я успокоить девушку, и кажется, мне это удалось. – Скажи, а он тебе ночью рассказывал что-нибудь… ну, тот, с которым ты…
Я замолчала, не договорив, но Тереза и так поняла, о чём это я.
– Он мне в любви признавался, – прошептала она еле слышно. – А ещё рассказал мне…
Тереза умолкла и, решившись, набухала себе полный бокал земляничного вина. Чуток пригубила.
– Это не земляничное! – тоном знатока объявила она. – Я как-то пробовала земляничное… вкус совершенно другой…
– И что? – спросила я.
– Ничего! – Тереза пожала плечами. – Но у этого вкус не такой. И он даже приятнее…
– Ты сказала, что тот чужак что-то тебе рассказал, – перебила я девушку. – Что именно? Он тебе о себе рассказывал? О том, откуда они заявились к нам?
– Он мне много чего рассказывал, – Тереза как-то загадочно улыбнулась, вновь отпила немного вина. – Всю ночь мы с ним проговорили. То есть, это он говорил, а я больше слушала…
– Вот даже как?!
Отставив бокал, который я держала в руке и из которого до сих пор не отпила ни грамма, я с каким-то даже интересом уставилась на раскрасневшееся и ещё больше осоловевшее личико Терезы. Красивая, между прочим, девушка, и кудряшки эти ей к лицу…
– А уже под утро он мне такое рассказал! – Тереза замолчала на мгновение и вновь поднесла бокал ко рту. – О том, что он… что они…
И вдруг, выронив бокал, упала на пол. Несколько раз дёрнулась в конвульсиях и замерла неподвижно.
Первая мысль, мелькнувшая в моей голове: это от вина! Дорвалась девка до запретного, наглоталась с непривычки – и вот он, результат!
А потом я внезапно рассмотрела, как выступает и пузырится на губах у Терезы вязкая кровавая пена…
Что было дальше, помню смутно. Урывками…
