Голос секретаря прозвучал почти виновато, хоть в том, что посланные в резервацию стражники, всё ещё не вернулись, его вины не было никакой.
– Как только вернутся – сразу же мне доложить!
– Слушаюсь, господин старший инспектор.
Секретарь почтительно поклонился и, повернувшись, собрался, было, покинуть кабинет, но…
В это самое время дверь распахнулась настежь и в кабинет, оттолкнув загородившего ему дорогу секретаря, вбежал заместитель коменданта резервации. Впрочем, инспектор не сразу его узнал.
– Корнелиус? – произнёс он, скорее удивлённо, нежели встревожено. – Что произошло?
Щёгольской и всегда безукоризненно выглядевший белый мундир первого заместителя коменданта теперь не выглядел ни белыми, ни, тем более, щегольским. Местами он был изодран, местами покрыт пятнами сажи и копоти… впрочем, те же сажа и копоть сплошь покрывали руки Корнелиуса, а на голове имелось ещё и несколько свежих ран, к счастью, довольно неглубоких и уже почти запекшихся.
– Уроды взбунтовались! – тяжело и прерывисто дыша, проговорил Корнелиус, подходя вплотную к столу. – Комендант убит, те, кого ты послал, тоже все до единого уничтожены. Комендатуру подожгли, сучьи дети… не знаю, каким чудом мне оттуда вырваться удалось…
– Что?!
Опрокидывая кресло, инспектор вскочил из-за стола.
– Ну, это им даром не пройдёт! Секретарь!
– Слушаю, господин старший инспектор! – пискнул испуганно секретарь от двери.
– Бить в набат, сигнал: общий сбор! Для всех, кто может носить оружие, явка обязательна! Вооружение по первому разряду: кольчуги, арбалеты, дальнобойные луки… Сбор на центральной площади… выступаем через полчаса!
– Будет исполнено, господин старший инспектор!
Секретарь юркнул за дверь. Инспектор хотел, было, броситься следом, но Корнелиус неожиданно схватил его за руку.
– Погоди, Самуэль! Это ещё не всё!
– Не всё? – осторожно высвобождая руку, переспросил инспектор. – Что ещё?
– Нам нет никакой нужды выступать сейчас против уродов. Тем более, в такой спешке! Через полчаса они и сами тут будут!
– Что?!
Некоторое время инспектор недоумевающее смотрел на друга.
– Они будут в посёлке? Через полчаса?
Корнелиус кивнул, причём, лицо его, чумазое и окровавленное, перекосила вдруг в какая-то странная усмешка, скорее напоминающая гримасу.
Гримасу боли…
– Ну, может, через час. И за этот час нам надо успеть организовать оборону…
– Нам? Оборону?
Инспектору показалось, что он чего-то недослышал.
– Посёлку предстоит обороняться от уродов… ты это хочешь сказать?
Не отвечая, Корнелиус вновь кивнул. И всё с той же застывшей гримасой на устах.
– Нам обороняться от этих тварей?! – инспектор захохотал зло и, одновременно, торжествующе. – Да мы их… мы им всем…
Он замолчал, не договорив.
– Слушай, а почему ты всё время улыбаешься? Это так смешно, то, что я сейчас говорю?
– Самуэль! – вновь заговорил Корнелиус, перестав, наконец-таки, усмехаться. – У них двадцать тысяч взрослых мужчин! Двадцать тысяч… а у нас хорошо ежели пять наберётся!
– И что? – не сдержавшись, выкрикнул инспектор. – Двадцать тысяч… как же, напугал! С кирками да камнями, тогда как у нас каждый второй в доспехах будет, у каждого третьего – арбалет или лук…
– А каждый двадцатый – конный, – докончил Корнелиус фразу, вновь искривив губы в мертвенной своей усмешке. – А как тебе тот факт, что все выступающие против нас уроды будут вооружены метательными копьями? Не кирками, как ты полагаешь, тем более, не камнями, а именно копьями! Добротными метательными копьями, причём, по несколько штук на брата? Как тебе такое?
– Копьями? Да ещё и по несколько штук?
Инспектор недоуменно уставился на приятеля. Шутит, наверное?
– Они не могли тайно изготовить такое большое количество копий! Никак не могли…
– Не могли! – устало и даже безразлично проговорил Корнелиус. Потом он помолчал немного и добавил: – Да они их и не изготавливали. Это крысиные копья.
Корнелиус вновь замолчал и некоторое время оба они, и инспектор посёлка, и заместитель коменданта резервации, лишь молча и как-то настороженно смотрели друг другу в глаза.
– Крысы снабдили уродов оружием? – первым отводя взгляд, прошептал инспектор, хрипло и почти невнятно. – Но зачем?
– И это ещё не всё! – Корнелиус вздохнул. – Сейчас в резервации крыс этих просто кишмя кишит. И не похоже, что это набег, они там никого не трогают, и на них никто не нападает тоже. Понимаешь, что это значит?
– Понимаю… – прошептал инспектор, медленно подходя к окну. – Очень даже хорошо понимаю! Скажи… – внезапно повернулся он к Корнелиусу, – а эта рыжеволосая тварь… она тоже там?
– Вряд ли! – Зигфрид отрицательно мотнул головой. – Во всяком случае, я её там не видел. Да и вообще, всё указывает на то, что авантюра эта целиком спланирована и организована крысами. Столкнуть нас лбами с уродами… при любом последующем развитии событий и тех и других значительно меньше останется…
Общее командование ополчением инспектор возложил именно на Корнелиуса. Как бывший капитан пограничной стражи и, вообще, человек весьма сведущий в военном деле, Корнелиус подходил для этой роли, как никто другой.
