– Давайте не будем ссориться, – примирительно сказала она.
– А кто ссорится-то! – фыркнула ее сестра и протянула руку с бокалом, чтобы чокнуться с Гранией и Фионой. – Ты должна пойти домой и повидаться с папой. Он очень скучает по тебе, – сказала Бриджит.
– И лучше говорить с ним на отвлеченные темы: про твой банк, про политику, про вечерние курсы, которые он организовал, но только не о том, что напомнило бы ему про… э-э-э… Тони. По крайней мере, пока он не привыкнет к этой ситуации. – Таков был совет Фионы.
– А мама? Ей и впрямь все равно?
– Нет, я сказала это, только чтобы позлить тебя. Но ты же сама знаешь, что она все время выдумывает себе какие-то неприятности: то что-то на работе, то месячные вовремя не пришли. Поэтому ты просто отошла у нее на второй план.
– Что ж, это на нее похоже, – сказала Грания. – А теперь обсудим Бриджит.
– Я думаю, – заговорила Фиона, – что Бриджит следует заткнуться и прекратить свои вечные рыдания по поводу того, что она толстая.
– Потому что она вовсе не толстая. Она сексуальная, – поддержала подругу Грания. – А мужчин одолевает смертная скука от разговоров про чертовы калории и незастегивающиеся молнии на юбках, – со смехом добавила она.
– Легко вам говорить! Сами-то вон, тощие, как палки от швабры!
– Сексуальная зануда – какая неожиданная комбинация! – проговорила Грания.
Видя, что они говорят искренне, Бриджит улыбнулась.
– Ну ладно, а теперь – Фиона, – с энтузиазмом предложила она.
Сестры умолкли. Всегда легче критиковать родственника, чем постороннего, пусть даже близкого человека. Неожиданно Фиона предложила:
– Давайте я налью еще вина?
И тут началось:
– Чересчур робкая.
– Слишком нерешительная.
– Не имеет своего взгляда на вещи.
– Не может ничего решить самостоятельно.
– До сих пор не повзрослела и не поняла, что нужно жить своим умом.
– Наверное, так и останется ребенком до конца своих дней.
– Что-что?! – вмешалась Фиона.
Грания и Бриджит немного стушевались, сообразив, что, похоже, хватили через край.
– Просто ты слишком деликатна с людьми, и никто не знает, что ты думаешь на самом деле, – сказала Грания.
– Если ты вообще думаешь, – мрачно добавила Бриджит.
– Нет, повторите, что вы там сказали про ребенка, – настаивала Фиона.
– Ну, я имела в виду, что мы обязаны принимать решения, ведь так? В противном случае решать за нас будут другие, а это все равно что оставаться ребенком. Вот и все, – заключила Грания, боясь, что ее слова обидели маленькую забавную Фиону.
– Поразительно, но ты – второй человек, который говорит мне эти самые слова! То же самое сказала мне Сьюзи, когда я спросила ее, не стоит ли мне обрезать волосы. Чудеса, да и только!
– И что же, ты так и сделаешь? – спросила Бриджит.
– Как?
– Будешь жить своим умом, спать с парнями, пострижешься…
– А ты прекратишь ныть по поводу лишних калорий? – не осталась в долгу Фиона.
– Если это действительно занудство, то прекращу.
– Ну вот и ладно, – подвела итог Фиона.
Грания сказала, что она готова сходить в китайский ресторан и принести чего-нибудь поесть, но лишь при соблюдении двух условий: Фиона самостоятельно решит, что именно она хочет, а Бриджит согласится есть жареное. В ответ девушки заявили, что, если Грания пообещает на следующий же день навестить отца, они принимают ее условия.
Была открыта еще одна бутылка вина. Затем они болтали и смеялись до тех пор, пока не вернулся Тони и не заявил, что в его возрасте нужно рано ложиться спать, поэтому не пора ли им отправляться восвояси. Однако по тому, какие взгляды он бросал на Гранию, все поняли, что этот дед и не думает рано ложиться спать.
– Да, это и впрямь была блестящая идея – завалиться к ним в гости! – заявила Бриджит, когда они ехали обратно на автобусе. К этому времени она уже убедила себя в том, что идея с самого начала принадлежала именно ей.
– Грания выглядит очень счастливой, – поделилась своими наблюдениями Фиона.
– Но он все-таки очень старый, верно?
– Ну и что, зато он – тот, кто ей нужен, – твердо сказала Фиона.
К ее удивлению, Бриджит охотно с ней согласилась:
– В том-то вся и штука. Если он ей нужен, так пусть будет хоть марсианином с острыми волосатыми ушами. Если бы у каждого хватало духа добиваться своего, мир был бы гораздо лучше.
Возможно, из-за выпитого вина Бриджит говорила очень громко. Пассажиры в автобусе слушали ее и смеялись, а кто-то даже захлопал в ладоши. Бриджит смерила их гневным взглядом.
– Эй, красотка, улыбнись нам! – крикнул ей какой-то парень.
– Он назвал меня красоткой! – восторженно прошептала Бриджит Фионе.
– А что мы тебе говорили! – отозвалась та.
Для себя Фиона решила, что, если Барри снова пригласит ее на свидание, она будет с ним другим человеком. А он непременно ее пригласит!
Барри появился через неделю, которая показалась ей столетием.
– Как дела дома? – спросила Фиона.
