– Первое и самое важное: ориентация на аудиторию. А что нужно подросткам? Это могут знать только те, кто недавно был подростком, поэтому мы привлечем студентов. Они не просто будут выполнять задачи, они будут нас направлять, – сказал Том, и провел карандашом по каракулям в своем блокноте, будто я что-то должна была там понять.
– Но здесь важно помнить, что девочки и мальчики совершенно разные. А потому мы каждой из этих двух групп дадим то, что им нужно.
– Ты говоришь, что будут две отдельные презентации? Но за месяц даже одну подготовить нереально, а тут такое! – возмутилась я. Мне тоже нравилось верить, что наши возможности безграничны. Но именно в такие моменты я понимала, что это не так.
– Тсс, все реально, – перебил меня Том. – Не нужно делать все идеально, нужно просто зацепить за живое, показать, зачем им нужно поступать именно в Университет земельных наук. И это наше второе правило.
– Ну допустим, – несмело ответила я.
– И последнее правило: нужно постоянно удивлять. А нет удивления без эксперимента. Нужно придумать что-то яркое, динамичное, современное. Как и сами подростки, которые придут сюда. Большая часть из них выходит из университета и забывает почти все, что им показывает. Про нас же будут помнить. Слава о нас разнесется похлеще этих взрывов.
Хотела бы я верить ему. Но оптимизм никогда не был моей сильной чертой, я больше реалистка. Я не хочу парить в облаках неопределенности, зато уметь летать. Я лучше останусь на земле, низко, но стабильно и спокойно. И это мой девиз по жизни.
Но сейчас рядом с Томом мне было спокойно. Казалось, что он все знает и умеет, что он все держит под контролем. И это меня восхищало. Я так устала все держать под контролем сама и было приятно стать просто исполнителем, который не думает, а только делает. И пусть это мало было похоже на мои мечты об отдыхе, но меня все равно такое послабление успокаивало. Мы два года с ректором Мартином пытались улучшить наше положение. Он доверил мне создание двух образовательных программ, которые есть только в нашем университете. Я этой работе отдавала все силы, успокаивая себя, что как только пройдет аккредитация, я выдохну. И мне было не по себе от мысли, что придется еще поднапрячься, когда я уже собиралась наконец уйти в отрыв.
– Мы создадим штаб из мотивированных студентов. Именно они будут нам помогать. Твоя задача до завтра отобрать самых ответственных и назначить главного из них.
– Хорошо, – ответила я, и уже мысленно принялась считать, кого можно привлечь. Я так бы и осталась в своих мыслях, если бы не предложение Тома:
– Слушай, а может сходим сегодня вечером куда-нибудь?
Я непонимающе уставилась на него, пытаясь оценить, зовет ли он меня, потому что мы теперь работаем вместе, или потому что я его привлекла, как девушка. И если это свидание, то я была против. Даже нет. Просто в ужасе. Потому что слишком долго я уже ни с кем не встречалась, закрылась в себе и с головой ушла в работу, лишь бы ничего не чувствовать. Потому что в последний раз было слишком больно, и я еле смогла это забыть. Точнее мне с этим помог Эллиот. Но своим чувствам к нему я выход давать не собиралась. Хотя иногда и с трудом могла их сдерживать. Но что-то чувствовать к Эллиоту было безопасно, потому что мне не на что было надеяться. Мы из разных миров и никогда не будем вместе. А это значит, что он никогда не сделает мне больно.
– Я… извини, у меня на сегодня планы, – и я почти не соврала. Сегодня пятница, а это значит, что у меня танцевальные занятия. Можно было бы, конечно, и пропустить одно. Но танцы были отличной отмазкой от нежелательных встреч.
Лучшим моим решение за последние два года было пойти на танцы. Там я нашла новую подругу, с которой наконец перестала себя чувствовать себя одинокой. А еще научилась давать выход своей энергии, подтянула тело, и теперь мне нравится видеть свое отражение в зеркале, и почувствовала себя женственной и даже… сексуальной. А такой я себя не видела никогда до этого.
– Что ж, тогда до завтра, – ему как будто и вовсе не было неловко, после моего отказа. – Жду твои предложения по поводу студенческого штаба. Встречаемся завтра утром, в девять. В твоем кабинете.
– Пока, – только успела бросить я в спину уходящему Тому.
Еще немного посидев на лавочке, я пыталась понять, кого же взять в штаб. Но вскоре сдалась. Нам нужны студенты не только для презентации, но, и чтобы помочь восстановить повреждения. А поэтому мне нужно выбрать лучших из лучших.
Чтобы узнать, у кого из студентов высокие баллы и по каким предметам, я отправилась к ректору. Только у него хранятся их личные дела.
Я шла по пустым коридорам – студенты уже сдали экзамены и отправились, кто домой, кто в общежитие, а у преподавателей закончился рабочий день. Но я была уверена, что мистер Мартин еще на работе. Он каждый день задерживался допоздна у себя в кабинете.
Тихонько постучав, я открыла дверь. Ректор сидел, откинувшись на спинку кресла и смотрел немигающим взглядом в пустоту.
– Мистер Мартин, все в порядке? – робко спросила я.
От звука моего голоса он будто вышел из транса.
