В моментальной вспышке вспомнилось и крыльцо, и некстати образовавшаяся лужа, рука, прижавшая к ее носу, кисло пахнущий платок… Вот почему в горле и груди скребет: из-за той гадости, что она вдохнула! А карета так трясется, потому, что летит на огромной скорости, шатаясь из стороны в сторону. А еще потому, что это не комфортабельный экипаж, к которым Ара привыкла: сидения чуть мягче досок, и рессоры плохие, почти не смягчают толчки. Как раз под стать двум субъектам, одетым в неприметные обноски, какие могут носить портовые грузчики, и пахнущим отнюдь не флердоранжем…
Запястья ее связаны, а во рту кляп, зафиксированный сверху платком. Язык словно распух вдвое от жажды… О Господи… ее похитили!
В голове все еще стоял туман, мешающий четко думать. Но он постепенно рассеивался.
Что им нужно? Хотят получить выкуп? Думали, что подловили на выходе из театра богатенькую леди, а на деле у ее отца – ни гроша…
Карету снова тряхнуло, и Ара невольно застонала от прострелившей затылок боли.
– Кому сказали, ни звука! – рявкнул второй, нервный, и ударил ее по лицу.
Ару никогда прежде не били, поэтому она не знала, что простая пощечина – это так больно. Лучше б и дальше не знала: на щеку будто кипятком плеснули, в ушах зазвенело, заболела губа.
– Тише ты, она ж не просто баба, а ледь, – проворчал первый и вдруг дернул вниз закрывающий ее рот платок, вынул кляп и протянул Аре флягу. – Пить хочешь?
Не просто хотела: умирала от жажды и желания вымыть тот кислый вкус, от которого все во рту горело огнем. Девушка с благодарностью прижалась губами к горлышку, сделала большой глоток и тут же поперхнулась, закашлялась: не вода, а, какое-то пойло, настолько крепкое, что, кажется, содрало всю кожу в пересохшем горле и обожгло ссадину на губе от пощечины, аж слезы выступили.
– Ну-ну, красава, – со смехом похлопал ее по плечу первый. – Вот и умница. Хочешь еще? – Он снова протянул флягу, но на этот раз Ара отодвинулась. Взгляд упал на разорванный подол платья. Наверное, это случилось, когда они затаскивали ее в карету.
– Чего вы хотите? У меня нет денег… – прошептала она.
– Слыхал? – обратился первый ко второму. – У нее нет денег. Плохо, красава, – покачал он головой, словно искренне сокрушался, и погладил щеку Ары своим заскорузлым пожелтевшим от дешевых цигарок пальцем.
Девушка дернула головой, сбрасывая его руку. Ужас от осознания собственной беспомощности захлестнул волной.
Страх нарастал с каждой секундой, но ни освободить руки, ни деться куда-то из мчащейся на полной скорости кареты она не могла. Здесь не театр, где, пусть и с риском разорвать репутацию в клочья, можно было позвать на помощь. За окном мелькал глухой ночной лес.
– Отвали от нее, – одернул второй, снова выглядывая в окно. – Сейчас главное убраться подальше. А, как получим вторую часть, на любую бабу залезешь.
Первый вздохнул, но руку убрал. Подмигнул Аре:
– А может, по добру? От тебя уже не убудет, так хоть порадуем друг друга напоследок, а, красава? Не с тем ты кувыркалась…
Напоследок?.. Не с тем?
А ведь там, на крыльце театра, ее окликнули по имени. Выходит, хватали не наугад: им нужна была именно Ара… Но тогда похитители наверняка знают о банкротстве ее семьи. Врагов у нее нет… Тогда почему?..
И разум ударила догадка: маркиз! Это сделали из-за него!
– Послушайте, если вы думаете, что лорд Кройд за меня заплатит, то жестоко ошибаетесь: я ничего для него не значу, – обратилась она скороговоркой ко второму, который внушал больше надежды – он же осадил первого! – Если вы сейчас просто меня отпустите, обещаю, что обо всем забуду и не стану…
И тут же получила от него новую пощечину, по подбородку поползла горячая струйка.
– Заткнись! – прошипел он.
– Да хватит уже ей рыло портить, – лениво произнес первый. – Пусть поболтает напоследок, от тебя не убудет.
И снова это «напоследок»…
Все внутри Ары оборвалось от страшного осознания: они не собираются требовать выкуп. Они ее убьют. Убьют и получат от кого-то оставшуюся часть платы. И сейчас неважно, кто и почему их нанял. Может, из-за тех темных ящиков, что маркиз вывозит на рассвете, или кто-то мстит ему за застреленного в карточном доме джентльмена, или… лорд Кройд многим успел перейти дорогу. Поэтому никакие попытки достучаться до похитителей не сработают. И остался только сжимающий горло ужас, подскакивающая на ухабах карета, рев крови в ушах и удары сердца, разрывающие грудь.
Внезапно в стенку постучали – то ли кучер, то ли третий подельник, бывший на козлах. Второй опустил стекло и выглянул в окно. Внутрь ворвался холодный ветер, принесший конское ржание и свист кнута. Пару мгновений мужчина всматривался в темноту, а потом выругался, схватив с сидения пистолет.
– За нами хвост! – бросил он напарнику. – Догоняет.
Тот снова подмигнул Аре:
– Не боись, мы тебя никому не отдадим, красава! – И тоже схватился за пистолет.
Второй опять высунулся в окно, и его глаза расширились от изумления и страха.
– Он, что, дьявол?!
Мужчина пальнул в темноту. Выругался, промахнувшись, снова пальнул.
