Сегодня. И только три дня – скидка на Счастье достигла пятидесяти процентов – небывалая роскошь для тех, кто мог себе его позволить. Кто долгие годы копил, собирал, планировал, мечтал сделаться блаженным хотя бы на короткий период жизни. Им повезло. Многим, наверное, повезло. Ведь пятьдесят процентов! Целых пятьдесят процентов – эта цифра попросту не шла с языка – кому-то привалит вполовину больше бесплатно – ведь обычно бывало пять, десять, в лучшем случае пятнадцать, и всего на сутки, но не ей.
Не ей, и не сегодня. Увы.
В кармане позвякивала набранная за день с чаевых в кафе мелочь – восемь медных монеток и две серебряных. Последние она положит в копилку – в баночку, которая стоит на прибитой над кроватью полке. Сокровищница. Что она попросит, когда придет время, и хватит ли суммы хотя бы на несколько часов? Чтобы встретился парень? Чтобы на душе сделалось светло и хорошо? Чтобы за это крайне ценное и выстраданное годами время случилось что-то замечательное? Иногда счастье само решает, что именно должно произойти, и просить бесполезно. Вот так было с Ликой, которая хотела найти супруга, а вместо этого выиграла в лотерею. Была ли она счастлива? Все равно была. Так было и с Гретой, которая вместо повышения по службе вдруг нашла собаку. И теперь тоже счастлива.
Просить можно. Только счастье выберет само.
Алина до сих пор не знала, чувствовать ли себя обманутой. Ведь люди мечтают, люди строят планы, люди просят о конкретном, но иногда получают другое – честно или нет?
Хотя, чего ей думать? В баночке пока всего лишь сорок три серебряных монетки, золотых нет совсем, а медяки она не считала – зачем? Чтобы купить хотя бы час, нужно намного больше. Две таких баночки. Или три. И скидку в девяносто процентов, чего никогда не будет…
Ей уже семнадцать, а жизнь не стоит на месте, идет. Люди умирают в восемьдесят – некоторые и того раньше. В шестьдесят, иногда в сорок… Как глупо. Что, если она не успеет? Вообще никогда не успеет познать, что же такое счастье?…»
Ани, которая все это время слушала молча, но постоянно елозила по кровати, не удержалась и перебила:
– Какой странный мир! Нет, вы представляете себе – скидка на счастье? Это надо же!
Дэйн качнул головой – когда-то он думал о том же. Они счастливчики, что за чудесные моменты жизни не платят, что те – нет-нет, да приходят сами.
– И как мало они живут – эти люди. Это фантастика, да? Социальная фантастика?
– Да.
– Уму непостижимо… – От волнения кулачки Ани-Ра сжали край одеяла. – Всего восемьдесят лет – какая короткая жизнь. А счастье платно. Вот автор выдумал!
– Выдумала.
– А-а-а, она женщина? Надо же было такое придумать.
– Звучит кошмаром, не так ли?
– Точно. Если бы мне было уже семнадцать, а в восемьдесят умирать.
– А то и раньше…
– Да, может, и раньше… Я бы, наверное, рехнулась.
– Там дальше не все так плохо.
– Читайте. Пожалуйста, читайте.
Он улыбнулся.
