— Влияет, конечно. — бесстрастно ответил я. — Ты не можешь проводить на себе ритуалы такого уровня и ожидать, что они никак не повлияют на тебя.
В серых глазах отступника красных башен появилась злоба.
— Очень удобно, правда? Самому оставаться живым, бессмертным, а для всех остальных использовать суррогат, да? И никто не бросит тебе вызов, ведь все соперники с течением времени будут медленно сходить с ума… Я знаю, что магия в принципе влияет на разум, это заметно даже на стихийных практиках. Но есть разница между тем, чтобы превратить свою плоть в мертвую, чтобы продлить существование и избежать мирских потребностей, и тем, чтобы медленно сходить с ума столетие за столетием, пока не превратишься… Во что вообще превращаются личи, просуществовав тысячу лет? Две тысячи? Десять?
— А во что превращается человек, прожив десять тысяч лет? — слегка наклонил голову я, изучающим взглядом смерив своего последователя. — Полагаю, нам обоим только предстоит это выяснить.
— Тогда дайте мне четкий ответ. Честный. Что и как будет дальше, что и как повлияет на меня. — тихо попросил он. — Хотя бы это я заслужил?
Я отвернулся, смотря в сторону. И негромким, вдумчивым тоном начал лекцию:
— Существует несколько ритуалов поднятия личей. Все они могут быть собраны под единой эгидой одного названия - Ритуал вечной ночи. Не спрашивай, почему это называют такие, какие-то заморочки древних некромантов. Суть проста - могущественный или не очень волшебник превращает себя в высшую нежить, становясь сверхпроводником смерти, который потенциально может существовать до тех пор, пока находит себе энергию смерти для существования. В случае сильного мага - эта самая энергия может генерироваться и его душой. Самый простой вариант такого поднятия - это боевая форма. Короткий, предельно простой ритуал, именуемый “Смерть - не конец”. Мастер смерти может провести его над собой даже во время битвы, вырезав на теле нужные символы. Всплеск собственной смерти активирует его, подняв лича прямо в момент смерти. Своего рода посмертное проклятье на самого себя - чтобы в окружении врагов, в последнем бою, забрать с собой как можно больше.
Я ненадолго прервался, прокручивая в голове ритуал, что использовал как-то раз на себе.
— Ценой этого будет быстрая деградация разума. В спешке, ритуал, заточенный на боевую эффективность, необратимо калечит разум некроманта, превращая тот, в, по сути, урезанную машину смерти. В течении нескольких часов после боя, если уцелеешь, ты сходишь с ума, превращаясь в жаждущее только убийств чудовище. Но чудовище эффективное, невероятно хорошо поглощающее смерть, и отлично владеющее боевой магией смерти.
— Это же безумие, разве нет? — удивился Эскилион. — Кто вообще захочет такого? Если всё равно умирать…
— Ты просто никогда не готовился по-настоящему к смертельной битве, мальчик, потому что всегда веришь что выживешь. Это называется ошибка выжившего… Я накладывал такой на себя, когда ездил на север. — равнодушно посмотрел в глаза личу я, заставляя того поежиться. — Предварительное наложение увеличивает шансы на длительное функционирование. Но всему есть предел. Второй вариант - тот, что мы используем для пленных. Филактерия. Разделение души… Через Филактерию проще контролировать лича, разделенная душа изначально ослаблена и легко поддается воздействию.
— Раньше я вообще думал что разделить душу невозможно. — заметил лич. — Души же бессмертны, разве нет?
— Формально да. — кивнул я. — Но это не полное разделение на две равные части, как ты мог бы подумать. Между кусками сохраняется связь… Это всё равно что взять кусок теста, разделить его на две части, но сохранить между ними тонкую нить из этого самого теста. Получается, что ты разделил его, и можешь сделать с каждым куском по отдельности всё что хочешь - но это всё ещё цельный кусок теста, просто странной формы. Опираясь на эту связь, с помощью филактерии лич может возродиться из мертвых. Однако разделенная душа действительно сводит с ума - насколько мне известно, причина здесь состоит в том, что половина души банально не справляется с обработкой информации, что через неё проходит, а филактерия сама по себе не разумна, и в этом процессе в связи с отделением не участвует. Душа и разум тесно связаны, душа это и есть ты, в некотором роде - поэтому, когда ты используешь для мышления только половину себя, начинаешь деградировать, ненужные части просто отмирают. Формально, это безумие - но не тотальное, половина твоего разума всё ещё может быть на что-то способна.
— Выходит, всё маги, которым мы разделяли душу, сойдут с ума?
— Конечно. — кивнул я. — Но они остануться подчинены нам, так что это не важно.
— Я общался с некоторым. Они пока сохраняют разум. — признался Эскилилон. — Но мне не по себе от этой мысли.
Личи занимался охраной и мелкими бытовыми задачами при лагерях - разумные помощники всегда нужны.
