Чтобы немного разгрузить голову и занять руки, я аккуратно собрала цветки с подоконника и пришила их к сумочке.
Получилось очень красиво. Настоящее произведение искусства.
О том, что в создании этого чуда замешана настоящая магия, я старалась не думать. Мне нужно немного больше времени, чтобы принять не просто новую реальность, но и новые возможности.
– Барышня? – дверь слегка скрипнула, открываясь.
Я подняла голову и увидела в проёме Исту.
– Завтрак готов, – сообщила она, с любопытством разглядывая сумочку у меня в руках.
Я тоже перевела на неё взгляд и вдруг осознала, как неосторожна была. Даже не подумала запереть дверь. А ведь воспользовалась запрещённой магией. Пусть и почти случайно.
Но впредь нужно быть осмотрительнее, мало ли кто может вот так заглянуть.
Раз уж я приняла новые реалии, то следует просчитывать и возможные последствия. На костёр мне тоже не хотелось.
– Какая красота, – выдохнула Иста. – Это вы сами?
– Сама, – я довольно улыбнулась, протягивая Ежиной няньке сумочку.
Она подошла и осторожно, даже с каким-то благоговением приняла её из моих рук. С полминуты восхищённо рассматривала, а затем с какой-то затаённой грустью произнесла:
– Раньше вы такого не мастерили.
– А теперь буду. И тебе такую сделаю! – пообещала я.
Она удивлённо взглянула на меня, улыбнулась и поставила сумочку на стол.
– Идите завтракать, барышня, а я Ерону велю запрягать, пока он на речку опять не убёг.
На лице и особенно во взгляде Исты сквозь проступившие слёзы в этот момент отразились её истинные чувства. Я поняла, что старушка окончательно смирилась с тем, что теперь я – Еженика Ленбрау. И приняла меня.
Бабура, увидев сумочку, даже всплеснула руками. И приняла её ещё с большим трепетом. Нежели Иста.
Видя такой искренний восторг, мне было сложно не пообещать поварихе сделать такую же. В конце концов, это не так и сложно. Всего день работы. Они даже материал для украшения могут выбрать сами.
Меня захлестнули новые фантазии.
Сегодня в городе посмотрю, как одеваются дамы, что носят, чем украшают себя. Потому что красота и оригинальность – это хорошо, но и сумасбродкой среди местных прослыть не хочется. Не стоит привлекать к себе лишнего внимания.
Чем меньше людей мной заинтересуются, тем ниже вероятность, что я использую магию при свидетелях. Ведь оба раза это случилось неожиданно для меня самой.
Нужно быть осторожной – ещё раз повторила я себе, чтобы уж наверняка запомнить.
Но даже эти мысли не разрушили прекрасного настроения. Я с удовольствием подобрала наряд. Надела голубое платье и белые туфли, поскольку голубых у меня не было.
В этот раз послушала Исту и не стала отказываться от шляпки. Она у меня была одна, небольшая, в виде капора, с лентами, которые завязывались под подбородком.
Посмотрев на себя в зеркало, я решила, что в городе сниму шляпу. Слишком непрезентабельно она выглядела. Но в дороге потерплю, чтобы не приехать к доктору с растрёпанными волосами.
Всё же это будет наша первая встреча. Ту ночь я решила не считать, потому что воспринимала её сном. Иначе спустила бы господина Ленбрау с крыльца, как Еженика соседа.
А теперь придётся знакомиться заново и делать вид, что ничего не случилось. Что у нас обычный фиктивный брак, как Ежа с ним и договаривалась.
Я подмигнула своему отражению и улыбнулась, стараясь добавить уверенности.
– Всё будет хорошо, у меня всё получится, – повторяя как мантру, спустилась с крыльца.
А там меня уже поджидали Ерон и Стрелка, запряжённая в дрожки.
Я застонала. Почему-то из головы совсем вылетело, что здесь используют пыточное приспособление вместо транспорта.
Стоило приблизиться, как меня догнала Иста со скамеечкой в руках. За заботу я поблагодарить не успела. Старушка обошла меня и, приставив скамейку к колесу, лихо забралась в дрожки.
– С вами поеду, – заявила она на мой удивлённый взгляд. – Негоже барышне одной в городе казаться.
– И хочется тебе трястись на этом монстре?
Теперь уже Иста устремила на меня удивлённый взгляд, явно не понимая, что барышня имеет в виду.
Я вздохнула. Ну если хочет, пусть едет. Может, у неё зубы лишние или ещё что.
Сама тоже ступила на скамеечку и забралась в дрожки.
Ерон обернулся, окинул нас удовлетворённым взглядом и собрался было тряхнуть вожжами, как Иста ткнула его пальцам в спину.
– Ты чего, старый, совсем ополоумел?! А скамеечку забрать? Или барышня должна как коза горная скакать перед всеми?
Мы с возницей переглянулись. Кажется, у нас обоих в голове промелькнул один и тот же образ. Как я выбегаю из-за дома соседа и, едва коснувшись спицы, запрыгиваю на дрожки. Тут любая коза обзавидовалась бы.
Я отвела взгляд. А Ерон послушно поставил скамеечку себе в ноги. Лишь после этого мы тронулись.
Путь до города занял в два или три раза больше времени, чем к поместью Флоси. Дорога здесь была более наезженной, колеи более глубокими, и тряска выматывала неимоверно.
А перед мостами, которых на нашем пути встретилось целых два, я просто слезала и переходила их пешком. И ноги размяла, и нервы сберегла.
