Его родители тоже были бедны, и уже с четырнадцати лет ему пришлось самостоятельно зарабатывать на жизнь, а в двадцать четыре – как раз в тот момент, когда начал мечтать о чем-то более значимом, размышлять о том, как это осуществить, какие шаги предпринять, какие предметы изучить, что обдумать и на какие тяжелые и мучительные жертвы пойти, прежде чем наконец достичь хоть чего-нибудь, особенно в области электротехники, – он заключил этот нелепый брак. Все эти идеи, начавшие приобретать форму и цвет и выстраивавшиеся в его сознании в определенную систему, должны были впоследствии развиваться при наиболее благоприятных условиях. Нет, его зарплата не выросла в одночасье лишь потому, что он начал задумываться о более значительных вещах. Он не поднялся выше простого сотрудника лаборатории или отдела оборудования нескольких крупных концернов, в которых ему доводилось работать, лишь оттого, что в его мозгу уже вырисовывались смутные замыслы возможных усовершенствований в сфере производства оружия, турбинных краскопультов, электромагнитных пультов дистанционного управления и роторных экскаваторов. Он буквально фонтанировал идеями, но в то же время прекрасно осознавал, что ему предстоит долгий путь самообразования, прежде чем он сможет претворить в жизнь хотя бы некоторые из них. А долгие ночи, воскресенья и праздники, проведенные за учебниками в библиотеках и других подходящих для учебы местах, не делали его более квалифицированным работником и никак не помогали в его повседневной деятельности в корпорациях. Более того, на протяжении долгого времени семье катастрофически не хватало денег. К тому же появились дети, все нуждались в одежде и развлечениях, а зарплату не повышали. Тогда ему казалось, что он представлял для окружающих гораздо меньшую ценность.
Между тем Мари работала ради него и вместе с ним, милое маленькое создание, и хотя поначалу она казалась такой чудесной, такой терпеливой, выносливой и чуткой, позже из-за их бедности и множества других факторов, мешавших его работе и не позволявших двигаться дальше, он начал понемногу от нее уставать. В Филадельфии, когда однажды вечером он наблюдал, как она помогает матери, накрывает на стол, моет посуду, наводит порядок в доме после ужина и идет с ним прогуляться, она казалась ему идеальной, именно такой женой, какую он всегда искал. Позже, когда он в полной мере окунулся в этот мир с его жестокостью и эгоизмом, когда осознал необходимость обладать силой и умением пробиваться, когда понял, что не желает быть рабом и надрываться на тяжелой работе, все эти качества жены, некогда казавшиеся ему такими милыми и очаровательными, вдруг стали вызывать у него отторжение. Бедняжка Мари!
Но он не всегда думал только о работе. Иногда предавался мечтам о чем-то большем. Иногда сожалел о своем глупом безрассудстве, подтолкнувшем его к столь раннему браку, ругая себя за то, что пал жертвой очаровательной невинности и красоты Мари и взвалил на себя это бремя, хотя был не вполне готов строить собственную жизнь на разумной практической основе. Только вот понял он это уже после женитьбы. Его неотступно преследовала мысль, попавшаяся ему на глаза в одном из философских трудов Фрэнсиса Бэкона (в те дни он постоянно читал): «Тот, у кого есть жена и дети, стал заложником судьбы», и эта мучительная мысль с каждым днем все сильнее бередила душу. Ну почему он поступил так глупо – так непростительно глупо, – женившись в столь юном возрасте! Размышляя о собственной недальновидности, он постоянно испытывал раздражение.
Нельзя было сказать, что Мари совсем не оправдала его ожиданий. Вовсе нет. Да и малыши (оба мальчики, подумать только!) были поначалу чрезвычайно ему дороги. Нет-нет, дело было вовсе не в этом, а в том, что, какими бы драгоценными и очаровательными (а поначалу просто чудесными) они ни были, лично он был попросту не готов нести на своих плечах груз ответственности и получать удовольствие от общения с ними. Он был слишком молод и слишком неуемен, имел склонность к мечтательности и весьма туманно представлял себе собственное будущее. Он не раз думал о том, что в те дни попросту не знал, чего хочет, и лишь когда в их семье наступили совсем уж трудные времена, понял, что такой жизни себе точно не желает. И действительно, через год после свадьбы, когда родился Питер, когда значительно улучшились условия в области торговли электротехническим оборудованием и они переехали сюда (в то время он зарабатывал всего двадцать два доллара в неделю), казалось, все пошло наперекосяк. И в самом деле, после переезда все складывалось не так, абсолютно все.
