Главной помехой была его работа. Он трудился в отделе заказов компании «Три-Стейт пейпер» и, будучи добросовестным сотрудником, не мог покидать рабочее место без разрешения, получить которое было непросто. Он мог по пальцам пересчитать случаи, когда ему пришлось отлучиться. Один раз посетил зубного врача и раза два или три отпрашивался домой, когда болела Берил. Однако случилось так, что в тот самый день его начальник, мистер Бэггот, попросил его сходить в магазин «Дэттс-Скэнлон» вместо Нейгли (он обычно занимался подобного рода вопросами, но сейчас отсутствовал) и поинтересоваться у мистера Пирса, что случилось с последним отгруженным заказом. С заказом произошла какая-то путаница, а прояснить ситуацию по телефону не представлялось возможным. И вот на обратном пути в контору, когда он удобно расположился на мягком сиденье трамвая, следующего по Дейвенант-авеню, и смотрел в окно на скопление машин, у поворота на Блейкли-авеню его внимание привлек автомобиль шоколадного цвета, приближающийся ко входу в парк Бриско, за рулем которого сидел крупный мужчина в светло-коричневом пальто и кепке. Автомобиль пересек дорогу прямо перед трамваем и заехал в парк. Все это заняло долю секунды. Но как раз в тот момент, когда автомобиль поравнялся с вагоном, кого бы, вы думали, он увидел на пассажирском сиденье рядом с шофером? Берил, ну или очень похожую на нее женщину – буквально ее близнеца. Он готов был поклясться, что это была Берил. Но что еще хуже, она улыбалась мужчине так, словно их связывали самые лучшие отношения и они знали друг друга очень давно! Конечно, он видел таинственную женщину лишь мельком и вполне мог ошибиться. В то утро Берил сказала ему, что собирается навестить мать. Она гостила у нее довольно часто, иногда оставляла с ней Шалуна и отправлялась вместо нее за покупками. Или гуляла в парке с малышом и матерью или с малышом и своей сестрой Элис, если та приезжала к матери. Так что да, он вполне мог обознаться.
И все же эта шляпка, украшенная ярко-зеленой гроздью винограда… и пальто в бело-зеленую полоску… и этот особенный поворот головы во время разговора… Неужели в машине и впрямь была Берил? Но если не она, то почему в самое первое мгновение у него возникла такая твердая уверенность в том, что он увидел собственную жену?
Вплоть до этого самого момента между ними никогда не возникало никаких разногласий или недомолвок, если не принимать во внимание историю с фотографией Раскоффского, которая сама по себе ничего не значила. Кто угодно мог заинтересоваться великим скрипачом и написать ему с просьбой прислать фотографию, хотя доказать вину Берил в этом случае не представлялось возможным, тем более что он подписал фотографию для Элис. Но даже если она и писала Раскоффскому, то это не шло ни в какое сравнение с этим последним случаем, когда она ехала в автомобиле с каким-то незнакомцем. И уж, конечно, подобное поведение послужило бы оправданием любым его шагам, которые он предпринял бы в отношении жены, вплоть до развода.
Но что он мог доказать? Ничего. В тот день он попытался разыскать Берил: сначала в их собственном доме, потом у ее матери и, наконец, в конторе по продаже недвижимости «Уинтон и Марко», где иногда подрабатывала Элис. Однако Берил будто след простыл. Но разве это могло служить окончательным доказательством чего-либо? Она вполне могла отправиться на концерт с Элис, как и собиралась. Должно быть, скучно сидеть целый день дома, и он не мог осуждать жену за то, что она позволяла себе небольшие радости, на которые хватало имеющихся у них в распоряжении средств. Он часто пытался связаться с ней по утрам или днем, но она не отвечала. Видимо, действительно была у матери или на рынке, как и говорила. Вплоть до того случая с автомобилем ему и в голову не приходило, что в отсутствии жены есть что-то странное. Когда он позвонил матери Берил, она ответила, что та ушла на концерт с Элис. В то, что миссис Дейна могла ему солгать, верилось с трудом. Хотя, может статься, она и не подозревала, что дочери занимались чем-то таким, чем им заниматься не следовало, или сестра помогала Берил делать что-то неподобающее. Это вполне в духе Элис. Она хитрая. Если Берил и состояла в переписке с этим Раскоффским, то Элис наверняка выступала в качестве посредника. Недаром фотография была подписана для Элис. Вероятно, Элис позволила сестре воспользоваться своим именем и адресом, чтобы та немного развлеклась, если, конечно, он все это не придумал. Вряд ли Берил предприняла бы нечто подобное без помощи Элис, но тем не менее ему так и не удалось найти какие-либо доказательства, что сестры вступили в сговор, ни тогда, ни после. А если что-то и было, то они оказались слишком умны, чтобы позволить ему поймать их с поличным.
