С перерывом на сон я продолжал изучать постояльцев. Их было немного, отель был заполнен едва ли наполовину. Среди чинных бизнесменов я искал спортивного молодого человека приблизительно моего возраста, умеющего обращаться с холодным и огнестрельным оружием, знакомого с приемами рукопашного боя и спецтехникой — а кого другого могли отправить следить за таким опасным типом, как я? Единственный кандидат на роль филера так настоятельно требовал закрыть продажу форварда на «Спейском» покупкой колл-опциона на индекс Межпланетной фондовой биржи, что я начал в нем сомневаться. А после того как покупка сорвалась, и лоб того парня покрылся, натурально, испариной, я понял, что мы выступаем в разных видах спорта. Кроме того, я не помнил, чтобы видел его на корабле. Гретта, во всяком случае, им бы заинтересовалась.
Гроссман был полон энтузиазма.
— Стартуем завтра в семь-ноль-ноль, — говорил он, терзая бедного лобстера, который перед кончиной тешил себя мыслью, что увидел-таки космос, — я заказал ракетоплан. Сорок минут, и мы на месте. Вы хорошо переносите перегрузки?
Это он меня спрашивает!
— Пилот может оказаться лишним свидетелем, — сказал я сквозь зубы, — я сам поведу. Добудьте метеосводку.
Кибернетик почесал лоб клешней лобстера. Опомнившись, утерся салфеткой.
— Ваша осторожность похвальна, но лучше пусть будет одним свидетелем больше, чем двумя охотниками за роботами меньше.
— Вы не умеете плавать?!
— А вы умеете управлять ракетопланом?
— Зато я неплохо плаваю.
— Этого явно недостаточно. Я уже решил, ракету поведет местный пилот.
— Нас встретят?
— Да. Вчерашний ужин не прошел впустую. Шлиман подготовит для нас почву. Диспетчер «Деметры» его хороший знакомый, они познакомились, когда вместе учили роботов собирать апельсины.
— Какие у нас планы до завтра?
— Никаких, а что?
— Не возражаете, если я отправлюсь на подводную экскурсию?
— Ваше право, — пожал плечами Гроссман и потребовал убрать останки лобстера. Их вид его угнетал.
О подводной экскурсии я упомянул не случайно. Утром пришло два письма — от Шефа и от Яны. Янино письмо выглядело так:
Когда это он за меня платил? — подумал я и начал искать информацию по конгрессу. Оказалось, что для участников конгресса арендовали виллу одного местного богача. Вилла находилась на маленьком островке в сорока километрах к северу от столичного острова. В шторм флаеры туда не летали, катера не ходили тем более. Оставались подводные лодки, которые на Лагуне являются довольно популярным средством передвижения. Лодка отчаливала в восемь вечера. Мне было бы не о чем говорить с Изидой, если бы не письмо Шефа…
Лодка оказалась до того маленькой, что я бы не удивился, если бы мы всплыли в джакузи одной из спален виллы «Утес обетованья» или «Утехи обеднения» — я не расслышал, потому что со звукоизоляцией в лодке также было не все в порядке. Когда ее нос ткнулся в причал, укрытый от штормов в какой-то пещере, я подумал, что мы подверглись торпедной атаке, и поискал глазами спасжилеты. Их, разумеется, не было. Тут объявили, что причаливание произошло удачно, выходите по одному, руки держите над головой — команда поможет вам выбраться через верхний люк.
Только я высунул голову (высунуть остальное было проблематично), как услышал Греттин голос:
— Господин Ильинский застрял. Кто же ему поможет?
— Отстрелите его через торпедный аппарат, — посоветовал капитану какой-то мужчина.
— Торпедный аппарат?! — капитан проверял, не ослышался ли он.
— Или продуйте через кингстоны.
Меня здесь не ждут, мелькнуло в голове. Бластер остался в «Рице».
Снизу торопили, и я кое-как выкарабкался на палубу. Рядом с Греттой стоял Олли Брайт. Три года назад он снялся в историческом фильме, где играл командира подводной лодки. Я поинтересовался:
